Революция и национально-освободительная война в Венгрии в 1848—1849 годах


Вена в октябре 1848 г. Как непохожа на себя стала столица Австрии!

Улицы перекрыты баррикадами. Повсюду вооруженные отряды рабочих, студентов, ремесленников. Накануне восставшие захватили арсенал, но ружей было мало; пошло в ход допотопное старинное оружие из музеев. На колокольне собора св. Стефана — самой высокой церкви города — устроен наблюдательный пункт. Отсюда в подзорную трубу смотрит на дороги к столице генерал Бем — командующий революционными венцами. Много дорог ведет в Вену: на одной из них должны показаться спасители—венгры. Кто-то неосторожно обронил: «Идут! Идут!» Тотчас на соборе св. Стефана взвился бело-зелено-красный национальный флаг венгров. «Мне не флаги венгерские нужны, а венгерские солдаты!» — сердится «папаша Бем». Уже сколько дней в городе ждут венгров, а их все нет.

Октябрьское восстание 1848 г. в Вене — третье по счету в том году — проходило под знаком братской помощи венграм. Фердинанд Габсбургский, император Австрии, намеревался удушить венгерскую революцию руками своих солдат. Но восставшая Вена помешала гренадерам столицы пойти на усмирение мадьяр (венгров). Тогда Фердинанд обрушил свои войска на «мятежную» столицу. Вена была осаждена, отрезана от всей Австрии. Она выступила на помощь восставшей Венгрии, а теперь сама ждала помощи от венгров.

Венгрия была частью огромной Австрийской империи, где правила династия Габсбургов. Это государство представляло собой подлинную «тюрьму народов». В нем жили австрийцы, венгры, чехи, сербы, хорваты, итальянцы, словенцы, поляки, украинцы, румыны. Над всеми этими народами господствовали австрийские помещики-феодалы. В лоскутной Австрийской империи, составленной из земель, в разное время завоеванных или унаследованных Габсбургами, сохранился, как писал Энгельс, в «неприкосновенном и цельном виде» феодализм, охраняемый «отеческой дубинкой». Все нити управления страной держал в своих цепких руках мракобес канцлер (министр) Меттерних. Австрийское правительство проводило политику «разделяй и властвуй». Оно разжигало национальную рознь, натравливало одни народы на другие, рассчитывая этим путем укрепить свою власть. Австрийский император и Меттерних были убеждены в прочности многонациональной империи: «Нас она выдержит», — повторяли они. Но незаметно для венского двора и всесильного канцлера внутри империи накапливались силы, способные ее взорвать. Угнетенные нации поднимались на борьбу с австрийскими угнетателями. В Венгрии раньше, чем в других землях Габсбургской монархии, проявилось стремление к независимости.

Венгрия была сельскохозяйственной страной с плодородными землями. Но владели землей помещики и церковь. 60% крестьян не имели земли. Крестьяне платили тяжелый оброк и выполняли барщину. В летнюю пору их заставляли отработать сто четыре дня на своего помещика. Австрийское правительство препятствовало развитию в Венгрии собственной промышленности. Но все же и здесь стали появляться мануфактуры и первые предприятия с машинами — фабрики. Постепенно образовалась и набирала силу национальная буржуазия. Венгерские дворяне и буржуазия стремились к самостоятельности. На борьбу против национального гнета и феодальных порядков поднимались крестьянские массы. В стране назревал могучий революционный взрыв. Так было не только в Венгрии, где крестьяне изнывали под двойным гнетом — не только австрийских, но и венгерских помещиков-феодалов, но и в других частях Австрийской империи.

Наступил 1848 год, бурный, грозовой в истории Европы. Он начался заревом восстания в Италии. В феврале победила революция во Франции: рухнул трон французского короля Луи Филиппа (см. стр. 364). Революция вспыхнула в Германии и в Австрии. 13 марта восстал народ Вены. Меттерних бежал. В Австрии был создан парламент, ограничена власть императора. Крестьяне восставали и отказывались нести бремя феодальных повинностей.

Весть о революции в Вене достигла Венгрии. Революционно настроенная молодежь во главе со страстным борцом за свободу и независимость Венгрии поэтом Шандором Пётефи (см. стр. 125, т. 10 ДЭ) заполнила 15 марта улицы Пешта. Поэт продекламировал сочиненную им накануне «Национальную песнь», ставшую революционным гимном мадьяр. Быстро разнеслись по городу пламенные слова песни:

 

Встань, мадьяр! Зовет отчизна!..
Выбирай, пока непоздно:
Примириться с рабской долей,
Или быть на вольной воле!

 

Еще за несколько дней до этого известный политический деятель и адвокат Лайош Кбшут выступил в венгерском сейме с речью, в которой выразил требования народа. Петефи и его друзья внесли их в свою политическую программу, получившую название «12 пунктов». Самоуправление, свобода печати, отмена цензуры, уничтожение барщины — гласили эти пункты.

15 марта революционная молодежь двинулась к типографии. «Национальная песнь» и «12 пунктов» были отпечатаны без цензуры. Петефи разбрасывал «первенцев свободы», как он назвал эти листовки, из окна типографии, и тысячи людей с восторгом подхватывали их.

— На Буду! На Буду! Откроем двери тюрьмы! Освободим Танчича! — кричали люди.

Венгерский народ знал и любил Михая Танчича — известного публициста, борца за независимость Венгрии, защитника интересов крестьян, томившегося в тюрьме.

Огромная толпа ворвалась в тюрьму, освободила узника. К середине дня восставшие стали хозяевами венгерской столицы.

Вскоре было образовано первое самостоятельное венгерское правительство. В него вошел Кошут, представлявший интересы мелкой и средней буржуазии. Во главе правительства стал аристократ, защитник дворянских прав и привилегий, граф Баттьяни, противник полного разрыва с Габсбургами.

Правительство Баттьяни и Кошута издало законы об отмене барщины и уничтожении крепостничества, но феодальные повинности не были отменены полностью, а крестьяне, не имевшие земли, так и не получили ее. Положение в венгерской деревне осталось тяжелым.

В своей «Рабочей газете» Танчич тщетно призывал правительство дать землю крестьянам. В ответ он слышал угрозы. Крестьяне знали, что Танчич их верный защитник, и в его скромную квартиру приходили ходоки со всей Венгрии. Газета Танчича рассказывала о нуждах и требованиях крестьянских масс. В январе 1849 г. правительство запретило газету.

В Национальное собрание Венгрии было избрано всего четыре представителя крестьян, в том числе Танчич. И здесь не раз раздавался его голос в защиту прав безземельных крестьян.

Самый передовой класс, последовательный борец за интересы трудящихся — пролетариат был в те годы в Венгрии малочисленным, и у народных масс не было настоящего руководителя. Поэтому насущные для страны вопросы не были разрешены. Новое венгерское правительство выступало за независимость венгров, но оно враждебно относилось к национальной независимости славянских народов — сербов, хорватов и словаков, земли которых входили в то время в состав Венгрии. Буржуазно-дворянское правительство Венгрии до последних дней революции отказывалось признать равноправие всех населяющих Венгрию национальностей и посылало войска на подавление национально-освободительного движения словаков и сербов. Непоследовательность венгерских дворян и буржуазии в национальном и земельном вопросах, в борьбе с изменниками, пробравшимися к военному руководству, сыграла роковую роль в судьбе революции, способствовала ее поражению.

В конце августа 1848 г. правительство Австрии перешло в наступление против венгерской революции. Император Фердинанд объявил недействительными все законы, изданные правительством Баттьяни и Кошута. Правители Австрии стали натравливать славянские народы на венгров. По их указке бан (воевода) Елачич со своим войском переправился через Драву и начал поход на Буду и Пешт. Поднявшийся на борьбу венгерский народ разбил войска Елачича. Так началась открытая война между венгерским народом и Габсбургской монархией.

Не желавший полностью порвать с Габсбургами, Баттьяни ушел в отставку. Впоследствии он дорого заплатил за свое доверие к венскому двору и погиб от руки австрийских карателей. Правительство возглавил Кошут, ставший вождем национально-освободительной войны венгерского народа.

После поражения Елачича Фердинанд приказал двинуть против венгров австрийские войска. На это рабочие, ремесленники, студенты Вены ответили восстанием в октябре 1848 г. «Если будет порабощена Венгрия, мало-помалу будет похищена свобода и у всей Австрии», — говорили они. Но напрасно венцы ждали помощи от венгров. Венгры опоздали. Утопая в крови, революционная Вена пала 1 ноября. Карательные австрийские войска двинулись на Пешт — столицу Венгрии.

«Отечество в опасности!» — этот призыв Кошута, обращенный к народу еще в июле 1848 г., теперь зазвучал с новой силой. Меж тем армия гонведов — защитников родины — только начала формироваться. Помочь молодой армии могло народное ополчение. На призыв Кошута в ополчение стали записываться стар и млад. На всех не хватало оружия. В ход пошли вилы и косы, дубина и бич пастуха.

Крестьяне из разоренных габсбургскими войсками деревень уничтожали в тылу солдат противника, жгли продовольственные склады. Инвалиды, старики, женщины и дети воздвигали укрепления и восстанавливали разрушенное врагом.

Значение венгерской революции для Европы особенно возросло ввиду того, что европейской контрреволюции удалось в течение 1848 г. подавить все европейские революции, кроме венгерской.

Отечество в опасности! Пешт не устоял под натиском врага, но Венгрия продолжала бороться. Ее столицей стал Дебрецен. Здесь формировалась венгерская армия.

Тщетны были попытки австрийских шпионов проникнуть сюда. Каждый крестьянин становился добровольным стражем Дебрецена и так охранял все пути к нему, что вблизи революционной столицы не отваживался показаться ни один подозрительный человек...

С быстротой молнии передавались из конца в конец страны военные эстафеты. Телеграфных проводов не было, но действовал «телеграф Кошута». Вот собака переплывает реку. В зубах у нее деревянная ложка — условный знак тревоги. Собака выходит на берег, отряхивается и бежит вдоль реки. Из крайней хаты появляется крестьянка, отбирает у собаки ложку, дает ей хлеба. Затем берет в избе огниво и поджигает в поле хворост. Взвивается столб дыма. И тотчас вдалеке поднимается также столб дыма. А вскоре на горизонте загорается огонек масляного фонаря на шпиле отдаленной церковной колокольни. Тогда женщина отправляется домой: она убедилась, что эстафета по «телеграфу Кошута» передана.

Энгельс высоко оценивал героизм венгерского народа, «...нация, — писал он о Венгрии, — окруженная превосходящими силами контрреволюции, осмеливается противопоставить трусливой контрреволюционной ярости революционную страсть...»

На помощь Габсбургской монархии при попустительстве Англии пришел русский царь Николай I, опасавшийся, что революционный пожар может перекинуться в Россию. «Не вмешался бы, ежели бы своя рубаха не была ближе к телу», — писал Николай генералу Паскевичу, добавляя, что венгерские революционеры «являются врагами всемирного порядка и спокойствия».

Перед тем как предпринять поход в Венгрию, Николай I предусмотрительно велел расправиться со многими русскими революционными деятелями. Он знал об их отношении к событиям в Венгрии.

В дни, когда царские войска выступили против венгерской революции, Чернышевский называл себя «другом венгров». Он записал в своем дневнике: «...желаю поражения там русских и для этого готов был 6ы многим пожертвовать».

Царская интервенция в Венгрии была не по душе не только русским солдатам, но и части русского офицерства.

В воспоминаниях участников похода то и дело находим строки, выражающие сочувствие венграм. Так, офицер Фатеев пишет, что ощущал уважение и симпатию к венграм столь же сильные, сколь сильно было его отвращение к австрийскому военному командованию.

Другой участник, Н. Богдановский, вспоминает, что во время венгерской кампании «между нами и неприятелями нашими проглядывали радушные отношения». А группа русских солдат вместе с капитаном Алексеем Гусевым даже перешла на сторону венгров. Гусев был казнен царским правительством. Одна из улиц Будапешта теперь названа его именем. Да в венгры понимали, что ответственность за поход лежит на российских правящих кругах, а не на подневольных солдатах — крепостных и низших офицерах.

Объединенные силы европейской реакции разгромили революционную Венгрию. Волна кровавых репрессий прошла по всей стране. Каратели вешали и расстреливали по суду и без суда; широко практиковали публичные телесные наказания одинаково для мужчин и женщин.

На поле боя погиб геройской смертью певец венгерской революции поэт Шандор Петефи. Были захвачены в плен и расстреляны многие командиры венгерской освободительной армии.

Смертный приговор был вынесен Танчичу. Но с помощью своего верного друга — жены он в течение восьми лет скрывался в подвале, вырытом под полом его собственной комнаты. Когда Танчич смог, наконец, покинуть свое убежище, он стал уже стариком.

Прошло почти сто лет, пока венгерский народ добился подлинной независимости и свободы. Только после второй мировой войны, после освобождения Венгрии Советской Армией, венгерский народ создал свое народно-демократическое государство и приступил к строительству социализма.

В новой социалистической Венгрии высоко чтят память павших борцов 1848—1849 гг.: великого поэта Шандора Петефи, руководителя войны за независимость Лайоша Кошута, борца-демократа Михая Танчича. Не забыты и имена славных полководцев Аулиха, поляка Бема, Гюйона, Клапки, Дамианича.

День 15 марта — начало революции 1848— 1849 гг.— считается в Венгрии национальным праздником.