Герой башкирского народа Салават Юлаев


По обеим сторонам Уральского хребта, между Волгой, Камой, Тоболом и верхним течением Яика (Урала), издавна жил кочевой народ — башкиры. В середине XVI в. Башкирия добровольно присоединилась к Русскому государству. Это имело огромное значение для развития хозяйства и культуры башкирского народа.

Под влиянием пришлого русского земледельческого населения в XVIII в. башкиры быстрее стали переходить от кочевого скотоводства к земледелию и оседлости. Но вместе с тем усиливалась феодальная эксплуатация. Башкирские, татарские и русские феодалы, захватывавшие в свои руки огромные табуны скота и земли, богатели за счет эксплуатации трудового населения. Рядовые общинники платили государству ясак (дань) в основном пушниной и несли многочисленные повинности. Размеры ясака и других податей были непосильными. К тому же царские чиновники при сборе их творили беззакония. Русские помещики и татарские феодалы забирали в свою собственность обширные плодородные поля, расхищали богатые недра Южного Урала. Всему этому потворствовала царская администрация.

В XVIII в. русские промышленники начали основывать в Башкирии горные заводы. Горнозаводчики беззастенчиво захватывали или скупали за бесценок башкирские земли и переселяли на них крепостных крестьян из Центральной России, которые закреплялись за заводами. Усиливался колониальный гнет русского царизма.

В 1736 г. царское правительство запретило издавна существовавшие у башкир собрания — джиины. Позднее башкирам запретили иметь кузницы, покупать порох, оружие, ограничили свободу передвижения.

Росли налоги и вместе с тем злоупотребления местных властей. Множество башкир — земледельцев и скотоводов — ежегодно забирали на военно-сторожевую службу, отчего хозяйства их разорялись.

Положение трудового населения Башкирии стало особенно тяжелым во второй половине XVIII в., при Екатерине II.

В Башкирии неоднократно вспыхивали стихийные восстания. Но эти выступления феодальная башкирская знать и мусульманское духовенство обычно использовали в своих интересах. Они пытались направить возмущение угнетенных башкир против русского народа и добиться отделения Башкирии от России, чтобы сохранить свои старые привилегии, право распоряжаться судьбой башкирского народа. Все эти выступления были жестоко подавлены царским правительством.

В 1773 г. началась крестьянская война под руководством Пугачева (см. стр. 425). Вместе с яицкими казаками, русскими работными людьми Урала поднялись и нерусские народы Приуралья и Поволжья, в том числе и башкиры. Манифесты и воззвания Пугачева, обещавшие угнетенному, бесправному народу землю, свободу, защиту от произвола феодалов и администрации, находили горячий отклик в сердцах башкир.

Во главе восстания башкир стал один из старшин — Салават Юлаев.

Салават был образованным для своего времени человеком. Он хорошо знал устное народное творчество, а из него — историю своего народа, и сам был народным поэтом. Однажды Салават открыто нелестно высказался о царице Екатерине II, о чем ей донесли.

Стихи и песни Салавата выражали протест против угнетения, воспевали свободу, любовь к своей родине.

Еще до присоединения к восстанию Салават в своей песне «Кто батыр?» воспевал народного вождя Пугачева:

 

Я не знаю Пугачева,
Не видал его лица.
Он пришел к нам в степи с Дона.
Кто же он? Казак ли, царь?
Все равно. Батыр он русский.
За народ он. Сердцем яр.
Бьет чиновников царевых,
Генералов и бояр.
Обещает нам свободу
На родной земле везде,
Можем птицей виться в небе,
Плавать рыбою в воде.
И тогда своим народом
Будет править сам башкир
И на вольные кибитки,
Словно песнь, прольется мир...
 

Осенью 1773 г. отряд башкир, в котором находился и Салават Юлаев, был послан царским правительством к Оренбургу на помощь войскам, действовавшим против Пугачева. По призыву Салавата Юлаева весь отряд перешел на сторону восставших и влился в крестьянскую армию, осаждавшую Оренбург. С этого времени Салават стал одним из виднейших предводителей армии Пугачева. Во время боев под Оренбургом Пугачев пожаловал Салавату чин полковника, а позже бригадира (бригадного генерала).

Из-под Оренбурга Пугачев направил Салавата в центр Башкирии возглавить разгоревшееся там восстание и создать новые повстанческие отряды. Талантливый военный организатор и агитатор, он пользовался большим уважением и любовью своего народа. Салават призывал башкир объединиться с русским народом и вместе с ним бороться против крепостного гнета. Под его руководством мощное национально-освободительное движение башкир и других нерусских народов впервые слилось с общей борьбой крестьянства России против феодалов-угнетателей. Тысячи башкир, привлеченных Салаватом, вместе с русскими повстанцами боролись за Оренбург, Уфу, Челябинск. Это был важный источник сил для Пугачева.

Восстание продолжало бушевать и после ухода Пугачева из Башкирии. Салават понимал общность интересов угнетенного народа России и башкир и до конца оставался верным другом и сподвижником Пугачева. Салават прикрывал отряд Пугачева, двигавшийся к Казани. В это время Салават писал в своих обращениях: «Против русских в сердцах у нас нет злобы. Нам, башкирам и русским, не следует вести споры и разорять друг друга».

Среди руководителей восстания, до конца остававшихся преданными Пугачеву, были и другие башкирские старшины: отец Салавата — Юлай Азналин, Кинзя Арсланов, Канзафар Усаев.

В августе — октябре, когда армия Пугачева боролась на правобережье Волги, в Башкирии также продолжались ожесточенные бои с царскими войсками. Салават был неуловим, горы и леса скрывали его от преследователей. 29 октября 1774 г. начальник Тайной канцелярии, ведавшей делами о государственных преступлениях, Потемкин обратился с письмом к Салавату, призывая его сложить оружие и сдаться, обещая прощение. Но Салават отверг это предложение. Он продолжал ожесточенную борьбу.

Зимой отрядам Салавата передвигаться стало труднее. Правительственные войска сжимали повстанцев плотным кольцом. 24 ноября 1774 г. «главные башкирского народа предводители» были окружены в лесу в районе Катавских заводов, около деревни Мендяшь, и захвачены в плен. По приговору Тайной канцелярии Салавата и его отца Юлая провезли по местам, где произошли наиболее крупные сражения повстанцев с правительственными войсками, и везде их били кнутом. Всего они получили по 175 ударов. Им вырвали ноздри, на щеках и лбу поставили раскаленным клеймом знаки государственных преступников и сослали на каторгу в Рогервик (теперь Палдиски, Эстонская ССР). До нас дошли сведения, что в 1797 г. Салават Юлаев и другие сподвижники Пугачева были еще живы.

После подавления восстания башкирские феодалы и муллы, царские чиновники пытались уничтожить память о Салавате. Но народ помнил о славном борце за счастливую жизнь для всех угнетенных и посвящал ему множество сказок, легенд, песен.

И в последующей истории много раз проявлялась братская дружба русского и башкирского народов. Вместе с русским народом башкиры отстаивали независимость своей родины от иноземных захватчиков. Рабочие и крестьяне Башкирии совместно с русскими рабочими и крестьянами продолжали бороться против помещичьего и капиталистического гнета и сбросили его в октябре 1917 г.