О чем рассказывает «Русская Правда»


В древней Руси слово «правда», кроме привычного для нас значения, имело еще одно: закон, устав. Поэтому сборник своих древнейших законов русские люди называли «Русской Правдой». За сухими и краткими законами всегда скрывается многообразная жизнь. И в «Русской Правде» мы прочтем при желании красочный и интересный рассказ о жизни Руси XI — XII вв.

Ученые более двухсот лет изучают этот сборник законов. В древних рукописях найдено более ста списков, или экземпляров, «Русской Правды». Все они написаны от руки, так как печатание на Руси началось только в XVI в. (см. стр. 256). Самый древний из найденных списков сделан в Новгороде в 1280 г. Список этот помещен в большой тяжелой рукописи, которую не всякий из вас был бы в состоянии поднять. Вся рукопись написана на пергаменте, т. е. на листах обработанной телячьей кожи. Долгие века она хранилась в Новгороде как драгоценность. И для нас она — сокровище замечательной русской культуры. Большинство других, более поздних рукописей «Русской Правды» написано уже не на пергаменте, а на бумаге.

По содержанию «Русскую Правду» делят на краткую и пространную. Краткая «Русская Правда» возникла раньше пространной: в нее входили законы, установленные еще в XI в. при Ярославе Мудром и его сыновьях. Пространная «Русская Правда» появилась позже, на основе краткой, но с дополнением законов XII в. Посмотрим, о чем же в ней говорится.

В то далекое время на громадном пространстве Руси тянулись необозримые леса, перемежавшиеся открытыми полянами и болотами. Кое-где встречались деревеньки с несколькими избушками.

Городов было совсем мало. Город того времени не был похож на современный. Дома строили почти целиком из дерева, каменные были редкостью. Иногда из камня воздвигали церкви и крепостные стены.

Из «Русской Правды» мы узнаём о хозяйстве древнерусского крестьянина. К деревням примыкали пашни, обрабатывавшиеся при помощи несложных орудий — плуга и бороны. Собранный хлеб молотили на гумне и хранили в ямах. Сеяли главным образом рожь, овес и просо. Большое значение в хозяйстве имел скот, и «Русская Правда» устанавливала высокие штрафы за кражу коровы, свиньи, овцы, барана и самые большие — за кражу лошади.

К обработанным полям примыкали обширные девственные леса и луга. За охоту в княжеском или боярском лесу наказывали строго, в особенности если провинился крестьянин. «Русская Правда» устанавливала высокие штрафы за похищение из чужого перевеса лебедя, журавля, утки. А перевесом называлась повешенная в лесной чаще большая сеть, куда попадали птицы и мелкие звери. Особенно высокий штраф брали за кражу из перевеса ястреба или сокола, так как их приучали к охоте на птиц, а соколиной охотой обычно развлекались князья и бояре.

Большой штраф взимался за кражу бобра, на которого охотились обычно зимой, а также за разорение чужих «бортей» — ульев с дикими пчелами в дупле дерева. Леса с такими деревьями назывались «бортными». Пчел обычно морили дымом, ломали дупло и вынимали соты. Пчелиный мед и воск ценились дорого. Мед заменял сахар, из него приготовляли и хмельной напиток, которым бояре и князья, да и простые люди услаждались во время пиров. Из воска делали свечи, но дорогая восковая свеча была принадлежностью богатого жилища. Зажиточные люди употребляли сальные свечи, сильно чадившие и оставлявшие много грязи. В деревнях жгли лучину.

«Русская Правда» дает нам возможность заглянуть в отношения между феодалами — князьями и боярами — и народом. Князья и бояре господствовали над остальным населением — крестьянами и горожанами-ремесленниками. В каждом особом княжестве, как тогда говорили — «земле», княжил свой род. Князья вели между собой нескончаемые войны, а в мирное время забавлялись охотой, они же творили суд и расправу. Князей окружали приближенные люди: конюхи, повара, ремесленники, «дядька» — воспитатель княжеских сыновей (как его тогда называли — «кормилец»), лицо важное и почетное, хотя он иногда и был княжеским рабом.

При князе были и воины-дружинники. Сохранился рассказ, как дружинники киевского князя не захотели есть деревянными ложками, а потребовали от князя серебряных.

Князь подумал и велел сделать серебряные ложки, сказав: «С серебром и золотом я не найду для себя дружины, а с дружиной найду серебро и золото».

Из дружинников выдвигались княжеские тиуны — управляющие важными отраслями хозяйства князя и его селами. Особенно высоким считалось звание «конюшего тиуна», ведавшего княжескими конями, потому что князья и дружинники сражались на конях и на конях ездили в далекие путешествия. Из княжеских дружинников главным образом и вышли бояре на Руси.

Главным достоянием феодала была земля, на которой работали земледельцы — «смерды». Ко времени, о котором рассказывает «Русская Правда», князья и бояре захватили земли свободных ранее смердов.

«Русская Правда» ярко рисует бедственное положение смерда, сидевшего на чужой земле. Князь пользовался трудом смерда при его жизни и имел право на его имущество после смерти. «Русская Правда» устанавливала: если смерд умрет, не оставив сыновей-наследников, то его имущество достанется князю; если же осталась незамужняя дочь, то для нее выделяется только часть наследства. А следующая за этой статья «Русской Правды», как бы подчеркивая, что в таком униженном положении находятся только смерды, гласила, что после смерти боярина или дружинника его имущество переходит к сыновьям или дочерям, но не к князю.

Подробно рисует «Русская Правда» положение другого зависимого человека — «закупа». У закупа нет своего хозяйства. Он возделывает господскую землю при помощи господских же земледельческих орудий — плуга и бороны. Если закуп сломает эти орудия, то он обязан за них уплатить господину; если закуп не загонит скотину во двор, не затворит ворота или если скотина погибнет в поле во время работы, то вина также лежит на нем. Если закуп убежит от господина, то по возвращении его хозяину он становится полным рабом.

«Русская Правда», впрочем, делает оговорку, что закупа нельзя порабощать, если он к князю или судьям бежит, «обиды деля своего господина» (т. е. жаловаться на господина). Но кто докажет, да и как доказать, что закуп имел право бежать от господина? Ведь та же «Русская Правда» говорит, что господин прав, если «бьет закупа про дело». Там же есть оговорка, что господин должен заплатить закупу, если он побил его в пьяном виде «без вины». Но кто докажет вину господина!

Всего труднее жилось «холопам» — рабам. Их в древней Руси было меньше, чем смердов. Холопами становились прежде всего дети холопов. Иногда свободные люди были вынуждены продавать себя в холопство. Холопом становился и тот, кто брал на себя заведование княжеским или боярским хозяйством, делался тиуном или ключником без договора, что он остается свободным. Холоп был полной собственностью господина, и «Русская Правда» грозит строгими наказаниями тем, кто поможет бежать холопу, укажет ему путь при побеге.

«Русская Правда» в первую очередь охраняла княжеские интересы. Князь мог отдать имущество неугодного ему человека на «поток и разграбление». В его казну шли штрафы с населения, взимавшиеся по суду. За убийство княжеского тиуна «Русская Правда» устанавливает штраф в 80 гривен, а за убийство смерда или холопа, работавшего в княжеском хозяйстве, — только 5 гривен.

Из «Русской Правды» мы узнаем и о торговых порядках древней Руси. Купцы были в большом почете, в особенности «гости», торговавшие с чужими странами. «Русская Правда» устанавливала порядок разрешения различных споров. Например, если человек, взявший у купца на хранение товар, отказывался это признать, он должен был принести клятву. Клятва называлась «ротой». Но, хотя «рота» произносилась в церкви, в торжественной обстановке, перед крестом, она часто оказывалась лживой.

В случае разорения купца имущество его продавалось. И если он задолжал князю, тогда первым получал деньги князь. Затем получали свои деньги «гости» — русские и чужеземные, если купец был должен и им. В случае же стихийного бедствия, если товар утонул, сгорел во время пожара или его отняли во время войны, купец получал отсрочку для платежа, потому что «пагуба» признавалась произошедшей не по его вине. Но если купец «в безумии своем», как говорилось в «Русской Правде», пропьет чужой товар или проспорит его, побившись с кем-нибудь «об заклад», то за это его продавали в рабство.

«Русская Правда», как всякий сборник законов, особое внимание обращает на уголовные дела (убийства и кражи). Само название «уголовщина» осталось от времен «Русской Правды», которая убийцу называет «головником», а убитого — «головой».

При различного рода тяжбах и обвинениях часто применялся так называемый «божий суд». А этот суд был и жестоким, и несправедливым. Обвиняемого заставляли брать в руки раскаленное железо, а потом по характеру ожогов судили, нужно его оправдать или обвинить.

Большое значение имели показания «послухов» — свидетелей. «По языку», т. е. по словесным показаниям, отыскивали воров, стараясь найти «конечного татя» (вора).

«Русская Правда» говорит и о многом другом: как делить наследство, как отыскивать воров по их следам, сколько надо платить процентов («резов») за взятые в долг деньги и т. д. Как видите, «Русская Правда» рисует яркую картину древнерусского феодального общества, такого сложного и мало понятного для современного человека.