В школе раннего средневековья


При слове «школа» вы представляете себе просторный светлый класс, ряды парт, учебники, тетради, карты. Такой вы привыкли видеть нашу современную школу, но совсем иной была школа 10—12 веков назад, в эпоху раннего средневековья.

...Комната с низким сводчатым потолком скупо освещена сквозь узкие окна в решетчатых переплетах рам. За одним длинным столом сидят мальчики разного возраста (девочек в то время в школах не обучали). Это — дети феодалов, богатых горожан и зажиточных крестьян. За обучение нужно было платить, и простой народ не имел доступа в школы.

Учитель — священник. Ведь в то время школы устраивались при монастырях и церквах, потому что грамотные люди были только среди духовенства (позднее школы появились и при дворах крупных феодалов). На столе перед учителем — единственная рукописная книга и пучок розог. Учитель вслух читает молитвы на латинском языке х, а ученики вслед за ним повторяют непонятные слова, механически зазубривая их наизусть.

С молитв начиналось обучение в средневековой школе.

Затем учеников знакомили с латинским алфавитом и учили читать те же молитвы по книге.

С единственной книгой учитель медленно двигался от ученика к ученику. Иногда он оставлял книгу и брал в руки розгу, чтобы заставить сидеть смирно ничем не занятого в этот момент ученика. При чтении мальчики заучивали наиболее употребительные слова и выражения, не вникая в их смысл, и основные правила латинского склонения и спряжения.

Не все научившиеся читать латинские тексты, далекие от разговорной речи, могли понимать прочитанное.

На обучение письму уходило около трех лет. Ученики упражнялись сначала на покрытой воском дощечке, а затем учились писать гусиным пером на пергаменте (особо обработанной коже). Это было настоящее искусство, близкое к рисованию, и не всякому оно удавалось. Франкский император Карл Великий (768—814) до конца жизни так и не выучился писать. Теодорих Остготский, не умея писать, пользовался для подписи дощечкой, на которой было вырезано его имя.

Кроме чтения и письма, учили изображать числа с помощью пальцев, обучали таблице умножения и церковному пению. Такие начальные школы готовили в основном приходских священников.

Существовали и более крупные школы, но их было немного. Здесь готовили высшее духовенство и государственных служащих. В этих школах изучали так называемые «семь свободных искусств»: грамматику, риторику (искусство говорить), диалектику (искусство спора), арифметику, геометрию, астрономию и музыку. Однако и эти дисциплины церковь старалась приспособить для своих нужд, вложить в них религиозное содержание.

Наиболее трудной наукой была грамматика.

Недаром на рисунках того времени ее изображали в виде царицы с ножом для подчистки ошибок в правой руке и с бичом в левой. Грамматику изучали на текстах греческих и римских авторов. Книги были очень дороги, их переписывали от руки, и вся школа имела один учебник. По нему учитель читал какой-нибудь отрывок, заставлял учеников повторить его, записать на покрытой воском дощечке и выучить к следующему разу. После этого дощечка вытиралась, и в дальнейшем ученик должен был рассчитывать только на свою память.

В риторике ученики зазубривали наизусть образцы писем. Затем учились составлять письма, грамоты, деловые бумаги. Ученикам сообщали некоторые сведения о законах.

Обучаясь диалектике, ученики старались находить в речи противника места, противоречащие учению церкви, и опровергать их.

На уроках арифметики изучали простейшие правила: сложение, вычитание и т. д. Числа изображали римскими цифрами. Ученики вычисляли время религиозных праздников, возраст святых, искали в каждой цифре скрытый мистический смысл. Так, например, говорили, что цифра 3 символизирует святую троицу, 7 — сотворение богом мира в семь дней.

Учеников знакомили и с геометрией. Уметь определять площадь треугольника, прямоугольника, круга нужно было в землемерном деле. Но в основном занятия геометрией сводились лишь к формулированию теорем, а вместо доказательств ссылались на бога, например: «Треугольник АВС равен, с божьей помощью, треугольнику A1B1C1». На уроках геометрии сообщали географические сведения, которые были самыми фантастическими и нелепыми. Учили, что Земля — блин, плавающий в воде. В центре этого блина — пуп земли, город Иерусалим. Над блином — небо, поддерживаемое столбами. Так изображали Землю и на картах того времени.

В астрономии изучали созвездия, наблюдали движение планет, Солнца, Луны, звезд, но объясняли его неправильно, придерживаясь взглядов греческого ученого Птолемея на устройство Вселенной, т. е. считали, что Земля неподвижна, а все «светила» вращаются вокруг нее. Астрономия часто сводилась к астрологии — лженауке, пытавшейся предсказывать судьбу человека по расположению звезд. Представления древних греков о шарообразности Земли, их гениальные догадки о вращении Земли и планет вокруг Солнца были забыты.

Занятия музыкой сводились в основном к церковному пению.

Обучение продолжалось 12—13 лет. Все преподавание велось также на латинском языке. Церковь, господствовавшая в науке, боялась всякой живой творческой мысли. Ответы на все возникающие вопросы искали только в библии, евангелии, цитаты из которых считались лучшим доказательством. Постоянная зубрежка вызывала у детей отвращение к занятиям, и, чтобы заставить их учиться, часто прибегали к порке. Недаром «получить образование» и «вырасти под розгой» означало одно и то же. Были дни в году, когда детей секли не за те или иные проступки, а всех подряд, на всякий случай, как бы для очищения от совершенных грехов.

Скуден был умственный багаж человека, окончившего эту школу. Но и такое образование было недоступно для широких масс трудящихся, и школы раннего средневековья не могли стать рассадником культуры. Подъем культуры начинается лишь несколько столетий спустя, в XIII—XV вв., в связи с ростом городов и торговли, появлением горожан, а затем и нового сословия — буржуазии.