Борьба большевиков против войны


Когда началась первая мировая война, только одна партия твердо, без всяких колебаний подняла знамя решительной борьбы против империалистической войны, осталась до конца верной делу социализма и пролетарского интернационализма — партия большевиков.

Не успели еще высохнуть расклеенные повсюду объявления о всеобщей мобилизации, как в Петербурге, Харькове, Москве, Самаре и других городах появились антивоенные большевистские прокламации с призывом: «Долой войну! Война войне!» Рабочие Петербурга и многих других промышленных центров России приняли участие в митингах, стачках и демонстрациях. Это были первые антивоенные выступления пролетариата в годы империалистической войны. «Единственным классом в России,— с гордостью писал В. И. Ленин, — которому не удалось привить заразы шовинизма, является пролетариат...»

«Долой войну! Война войне!» — как взрыв, прозвучали эти слова 26 июля (8 августа) 1914 г. в Таврическом дворце, где заседала Государственная дума, которая должна была продемонстрировать «единение царя с народом». Не взирая на злобные выкрики и угрозы думского большинства, депутаты-большевики отказались голосовать за военный бюджет царизма и в своих выступлениях от имени партии заклеймили правящие классы и правительства капиталистических стран как виновников начавшейся войны. Так уже в первые дни войны через голову «черной думы» большевики обратились к народу с резким протестом против кровавой бойни. Но одного протеста было недостаточно. Пожар войны разгорался, и рабочий класс ждал от большевиков быстрого и четкого ответа на самый злободневный и сложный вопрос — как покончить с ненавистной народу войной. На этот вопрос ответил Центральный Комитет партии, ее вождь и стратег В. И. Ленин.

Владимира Ильича война застала на территории Австро-Венгрии, в галицийском местечке Поронин. Австрийские жандармы арестовали Ленина, объявив его царским шпионом. Более вздорное обвинение трудно было и придумать. Однако потребовалось немало усилий, чтобы освободить Ленина из тюрьмы. «Уверены ли вы, что Ульянов — враг царского правительства?» — спросил габсбургский министр депутата австрийского парламента социалиста В. Адлера, хлопотавшего об освобождении Ленина. «О, да,— ответил Адлер,— более заклятый враг, чем ваше превосходительство».

6(19) августа Владимир Ильич был освобожден из тюрьмы, а через семнадцать дней он и Надежда Константиновна Крупская были уже в нейтральной Швейцарии. Вскоре по приезде В. И. Ленин огласил на собрании группы большевиков-эмигрантов свои тезисы (краткое изложение взглядов) о войне. Он говорил, что начавшаяся война является империалистической, т. е. захватнической, грабительской, несправедливой с обеих сторон, чуждой интересам трудящихся. Ясно и вместе с тем предельно сжато В. И. Ленин определил цели и задачи борьбы трудящихся против кровавой бойни, разоблачил ее зачинщиков—империалистов — и продавших интересы пролетариата вождей II Интернационала (см. стр. 600).

Рабочие, крестьяне, солдаты, говорил В. И. Ленин, должны знать, что прочного и справедливого мира — без грабежа и насилия победителей над побежденными, мира, при котором не был бы угнетен ни один народ, добиться невозможно, пока у власти стоят капиталисты и помещики. Покончить с войной и заключить справедливый, демократический мир может только сам народ. А для этого трудящимся надо повернуть оружие против империалистических правительств, превратить империалистическую бойню в войну гражданскую, в революцию против правящих классов и взять власть в свои руки. Поэтому кто хочет прочного, демократического мира, тот должен быть за гражданскую войну против правительств и буржуазии.

Но, спрашивал Ленин, можно ли на деле стремиться к превращению империалистической войны в гражданскую, не желая и не содействуя поражению империалистического правительства своей страны? Военные поражения ослабят ненавистное народу правительство, обострят положение в стране. Тем самым они будут способствовать развитию революции и облегчат свержение царизма. Лозунг революционного пораженчества — это не призыв к пассивному протесту против войны путем саботажа, отказа от ношения оружия, дезертирства или к прямой измене солдат и переходу их на сторону противника. (Показательно, что именно те воинские части, в которых было сильно влияние большевиков, оказывали наиболее упорное сопротивление наступлению немецких войск в 1915—1916 гг.) Сущность лозунга — в организованной революционной борьбе, направленной к свержению царизма и революционному выходу из империалистической войны. Политика поражения «своего» правительства, говорил В. И. Ленин, обязательна не только для русских большевиков, но и для подлинных революционеров всех стран, вступивших в империалистическую войну. Они должны голосовать в парламентах против военных кредитов, создавать и крепить революционные организации среди рабочих и солдат, бороться с ложной патриотической пропагандой, способствовать братанию солдат воюющих стран, вести агитацию в тылу и на фронте, готовя массы к всенародному восстанию против империалистических правительств. Это была подлинно интернационалистическая политика: она исходила из интересов рабочего класса всех стран, из интересов мировой пролетарской революции.

И вместе с тем позиция большевиков была глубоко патриотичной. «Мы любим свой язык и свою родину...— писал В. И. Ленин в эти годы. — Мы полны чувства национальной гордости, и именно поэтому мы особенно ненавидим свое рабское прошлое... и свое рабское настоящее». Русские рабочие хотят видеть свою страну свободной и независимой, гордой и демократической. Именно поэтому «...мы говорим: нельзя в XX веке... «защищать отечество» иначе, как борясь всеми революционными средствами против монархии, помещиков и капиталистов своего отечества, т. е. худших врагов нашей родины...», основных виновников военных поражений, какие терпела Россия в прошлом, экономической отсталости и зависимости от иностранного империализма. Только пролетариат, взяв власть в свои руки, может сохранить государственную независимость России и спасти ее от военных поражений и закабаления иностранным капиталом.

Ленин требовал от революционеров-марксистов всех стран полного разрыва со II Интернационалом, показавшим во время войны свое подлинное лицо прислужника капитала, и призывал объединить все революционные силы международного пролетариата в новом, III Интернационале.

В годы войны В. И. Ленин сплотил вокруг себя тех подлинных социалистов, которые, подобно Карлу Либкнехту, Розе Люксембург, Димитру Благоеву и другим замечательным революционерам-интернационалистам, не запятнали себя поддержкой империалистических правительств. Так было подготовлено создание марксистско-ленинского Коммунистического Интернационала.

... Италия, Греция, Сербия, Болгария, Румыния — долгий и опасный путь пришлось проделать депутату IV Государственной думы, рабочему-большевику Ф. Н. Самойлову, чтобы доставить из Швейцарии в Россию тезисы В. И. Ленина. Горячо одобренные всеми большевистскими организациями, ленинские лозунги легли в основу манифеста ЦК РСДРП «Война и российская социал-демократия», став программой революционной борьбы пролетариата и его партии в условиях империалистической войны.

Чрезвычайно трудной и опасной была работа большевиков в годы войны. На партийные организации постоянно обрушивались удары полиции. Большевистская печать была разгромлена, разогнаны профсоюзы и другие легальные пролетарские организации. «Неблагонадежных» рабочих сажали в тюрьму, ссылали в Сибирь, отправляли на фронт. В тюрьме и ссылке томились многие руководящие работники партии. В ноябре 1914 г. царское правительство арестовало даже большевистских депутатов IV думы (см. стр. 590), хотя по закону личность депутата была неприкосновенной и разрешение на его арест могла дать только дума.

«Трудно жить людям в нашей партии... — писал Ленин. — А все-таки живут». С радостью отмечал Владимир Ильич, что настроение в партии боевое, все уверены, что «будет на нашей улице праздник». На место посаженных в тюрьму, отправленных на каторгу вставали их товарищи. Большевистские организации не прекращали своей деятельности. В столице и на местах партийные комитеты в подпольных типографиях наладили выпуск прокламаций. В Петрограде они появлялись каждые 10 дней. Голос большевиков слышался всюду — на заводских сходках, в нелегальных профсоюзах, рабочих кооперативах, больничных кассах, культурно-просветительных организациях, которые полиция еще не успела закрыть.

Особенно большого мужества требовала революционная работа в армии. За антивоенную агитацию на фронте грозил расстрел. Но ничто не могло устрашить большевиков. В Петрограде, Москве, Киеве, Баку, Смоленске — всюду, где формировались воинские части, действовали военные большевистские организации. На фронт партия послала М. В. Фрунзе, Н. В. Крыленко, А. Ф. Мясникова и др. Они создавали ячейки в воинских частях и на кораблях, вели антивоенную агитацию среди солдат и матросов. В окопах все чаще появлялись листовки, разоблачавшие войну и звавшие солдат в нужный момент повернуть оружие против ее зачинщиков.

Призывы большевиков находили горячий отклик в сердцах солдат, рабочих и крестьян. Война вызвала развал промышленности и транспорта, упадок сельского хозяйства, голод. Буржуазия и помещики получали неслыханные прибыли, переложив все тяготы войны на плечи трудящихся. В народе зрело недовольство войной и политикой правительства. Быстро росло стачечное движение пролетариата, во главе которого стали большевики. В 1915 г. бастовало свыше полумиллиона рабочих, в 1916 г. забастовщиков было уже в два раза больше. Не отставали от рабочих и крестьяне. Недаром, суммируя донесения из разных губерний, царский министр писал, что «деревня дышит 1905 годом».

Стачки и демонстрации, возникавшие в связи с дороговизной жизни, благодаря большевистскому руководству получали политическую окраску и проходили под лозунгами: «Долой войну!», «Долой царя!»

После первых успехов русская армия, плохо вооруженная, голодная, к тому же возглавляемая бездарными и продажными царскими генералами и министрами, стала терпеть поражение за поражением. Письма из дома о разоряющемся хозяйстве и голоде, о крестьянских бунтах и стачках рабочих усиливали глухое недовольство в солдатской среде, которое все чаще прорывались наружу. «Здесь в армии большое волнение,— читаем мы в письме с фронта,— надоело очень воевать. Уж несколько раз — прикажут идти в наступление, но солдаты не выходят из окопов...» Под влиянием большевистской пропаганды солдаты и матросы все чаще задумывались о бесполезности приносимых жертв. «Нас заставили защищать интересы купцов, помещиков и всех состоятельнейших людей страны, самых закоренелых врагов наших» — эти слова можно было найти в солдатских письмах начала 1916 г. Для многих становилось очевидным, что корень зла в насквозь прогнившем царском режиме.

Армия и флот переставали быть опорой самодержавия. Уже осенью 1915 г. против войны выступили матросы ряда кораблей Балтийского флота. Восставшие моряки два дня держали в своих руках линейный корабль «Гангут».

Антивоенные листовки, речи большевистских агитаторов, призывавшие русских и германских солдат прекратить огонь и выйти навстречу друг другу, делали свое дело: в 1916 г. братания распространились очень широко. «Три дня, — говорилось в одном из писем с фронта, — солдаты гаши и австрийские, вопреки приказанию, устроили перемирие, т. е. не выпустили ни одного снаряда, ни одного выстрела, ходили друг к другу в окопы, наши угощали их хлебом, а те наших земляков ромом. Дружба была полная...» Царские генералы, как и немецко-австрийское командование, всполошились. По братавшимся солдатам открывался огонь с обеих сторон. Но прекратить братания было невозможно. В начале 1917 г. они стали повсеместными.

В октябре 1916 г. военному суду была предана группа моряков — участников военно-морской организации большевиков. Матросам грозил расстрел. По призыву большевиков 130 тыс. питерских рабочих ответили на готовившуюся расправу такой стачкой протеста, что суд не решился приговорить моряков к смертной казни. Во многих городах солдаты запасных частей вливались в колонны рабочих-демонстрантов. В Петрограде два полка отказались стрелять в бастовавших рабочих и повернули оружие против полиции. «Пусть рабочие начнут — мы поддержим», — все чаще слышалось в окопах и солдатских казармах.

Большевистские лозунги становились лозунгами миллионов. Революционный натиск масс нарастал. Царизм переживал глубокий кризис.

В феврале 1917 г. восставший народ, во главе которого шел пролетариат, руководимый партией большевиков, сверг самодержавие. Это был первый шаг на пути превращения империалистической войны в войну гражданскую. Следующий решающий шаг был сделан в октябре 1917 г. На одной шестой части земного шара установилась власть трудящихся. Ее первым декретом был ленинский декрет о мире.