Экспедиция Руала Амундсена (1918—1925)


Экспедиция Руала Амундсена (1918—1925)

25 лет после дрейфа Фритьофа Нансена на «Фраме» знаменитый норвежский полярный исследователь Руал Амундсен, прославившийся открытием Северо-Западного прохода и достижением Южного полюса, решил предпринять еще одну попытку вмерзнуть в лед к северу от Берингова моря и продрейфовать со льдами в центр Арктики с тем, чтобы достичь Северного полюса либо на дрейфующем судне, либо пешим путем — на собаках. С проектом этой экспедиции Амундсен выступил еще в 1908 году, но по ряду причин ему удалось осуществить его только через десять лет.

Для экспедиции Амундсен выстроил новое судно («Мод»), конструкция которого была разработана на основании опыта «Фрама».

18 июля 1918 года «Мод» покинула Осло и направилась вдоль норвежских берегов на север. В Тромсё к экспедиции присоединился Амундсен. Старшим штурманом был его спутник в походе к Южному полюсу — Оскар Вистинг. Научной частью экспедиции руководил Харальд Свердруп.

25 июля «Мод» достигла Югорского шара, где на борт был принят радист Олонкин, а также пополнен запас свежего мяса. Пробиваясь далее сквозь льды Карского моря, Амундсен 31 августа прибыл на остров Диксон. Здесь он дополнительно купил 10 собак. Пройдя мыс Челюскина, в 20 милях к востоку от него судно встретило сплошные льды. Убедившись в том, что экспедиции не удастся в этом году пробиться на восток, Амундсен решил зазимовать.

Руал Амундсен
Руал Амундсен

Первая зимовка прошла благополучно. Правда, однажды Амундсен чуть было не стал жертвой белого медведя.

Осенью и в начале весны участники экспедиции совершили несколько санных поездок в глубь Таймырского полуострова и на остров Старокадомского.

Перед отправлением в дальнейший путь Амундсен решил послать на родину подробное сообщение о положении экспедиции и собранные научные материалы. Для этой цели он выбрал двух матросов — Тессема и Кнудсена. Амундсен был уверен, что они без больших затруднений доберутся до острова Диксон и оттуда в том же году доставят донесения в Европу.

Однако им не суждено было увидеть родину. 12 сентября Тессем и Кнудсен покинули «Мод». Сбившись с пути, они заблудились и погибли, не дойдя до Диксона. Труп Тессема был найден всего лишь в 4 километрах от радиостанции.

В день, когда ушли Тессем и Кнудсен, «Мод» двинулась на восток. 16 сентября судно вышло на чистую воду, а 22-го достигло устья Колымы. Приближалась зима. Вскоре наступили морозы, сковавшие и без того сплоченные льды. Убедившись, что в этом году судно не сможет пройти в Берингов пролив, Амундсен решил остановиться на вторую зимовку. Удобное место для стоянки было выбрано у западного берега острова Айон. Здесь судно спокойно стояло на протяжении всей зимы.

В июле 1920 года льды пришли в движение. Судно освободилось из зимнего плена. 7 июля оно возобновило плавание к Берингову проливу. За мысом Сердце-Камень «Мод», пробившись сквозь лед, достигла чистой воды и 21 июля вошла в Берингов пролив.

Через два дня «Мод» достигла берегов Аляски. Амундсен привел судно в Ном. «Я сомкнул путь, пройденный «Мод», с тем путем, которым я ушел, открывая Северо-Западный проход в 1906 году, и, таким образом, впервые осуществил кругосветное плавание Ледовитым океаном. В наше время рекордов подобное плавание имеет свое значение», — записал он у себя в дневнике.

Прошло два года с тех пор, как «Мод» покинула берега Скандинавии, а экспедиция все еще не приступила к осуществлению основной своей задачи — дрейфу через центральную часть Северного Ледовитого океана. Вот почему экспедиция в Номе долго не задерживалась. После небольшого ремонта «Мод» пошла на север.

Год был неблагоприятным в ледовом отношении. Сплотившиеся льды задержали «Мод» уже у мыса Сердце-Камень. Прошел третий год, а экспедиция Амундсена так и не могла начать дрейф через Арктический бассейн. С наступлением лета возникла необходимость отремонтировать судно и пополнить снаряжение. Экспедиция временно покинула берега Чукотского полуострова и зашла в Сиэтл.

В 1922 году «Мод» снова ушла на север. Судном командовал капитан О. Вистинг, научные работы вели проф. X. Свердруп и молодой шведский геофизик Ф. Мальмгрен. На борту судна находился самолет, на котором летчик О. Даль предполагал совершить полеты в глубь Арктики.

8 августа «Мод» находилась около острова Геральд. Льды уже не позволяли самостоятельно продвигаться вперед. Начался, наконец, долгожданный дрейф. Однако он ни в какой мере неоправдан надежд и расчетов Амундсена.

«Мод», как когда-то и «Жаннетту», увлекло льдами сперва на север, затем на запад и северо-запад. Но путь ее проходил южнее, чем путь «Жаннетты». Это сильно огорчало участников экспеди

ции, которые мечтали на дрейфующем судне проникнуть на север дальше своих предшественников.

Экипаж «Мод» хорошо помнил несчастный случай с «Жаннеттой», ставшей жертвой ледовых сжатий. Поэтому все было заранее подготовлено на случай возможной катастрофы. На льду был сложен запас продовольствия на 40 дней для людей и собак, приготовлены сани и легкая лодка с таким расчетом, чтобы в любую минуту, если случится катастрофа, покинуть судно и двинуться в поход по льдам.

"Мод" во льдах
"Мод" во льдах

В течение зимы 1922/23 года и всего лета 1923 года «Мод» медленно продвигалась на запад, не выходя за пределы Восточно-Сибирского моря. Дальше 75-й параллели ей так и не удалось проникнуть. На судне широко развернулись научные работы. Нередко судно подвергалось сжатию. Но, как и «Фрам», оно с честью вышло победителем из всех испытаний.

В июне была сделана первая попытка подняться на самолете, но она окончилась неудачно: при взлете самолет потерпел аварию и выбыл из строя.

Наступила вторая зимовка во льдах. Судно упорно продолжало идти на запад, не выходя из пределов Сибирской отмели.

Зима прошла благополучно. 1 апреля 1924 года, после 20 месяцев пребывания во льдах, путешественники увидели землю. Но она мало кого радовала, все помыслы экипажа «Мод» были направлены на север, далеко от этого «маленького и нелепого клочка земли» — островов Вилькицкого и Жохова, открытых экспедицией на «Таймыре» в «Вайгаче» в 1913 и 1914 годах. Попытки Вистинга проникнуть по льду к этим островам не увенчались успехом: путь преградили полыньи.

Тем временем дрейф вовсе замедлился, хотя он и раньше не отличался особенной быстротой. «Мы все еще стоим на том месте, что и месяц назад», — записал 16 мая в своем дневнике X. Свердруп.

Прошло несколько дней. Вдруг, совсем неожиданно, судно вместе со льдами быстро понесло на запад. «22 мая. По-прежнему быстро идем к западу, — читаем мы у научного руководителя экспедиции Свердрупа, — оба наши острова скрылись. Увидим ли мы остров Беннетта? Будет ли то последняя суша, которую нам суждено увидеть за долгие годы, или же нас отнесет к берегам Сибири?»

X. Свердрупа и его товарищей все же не оставляла надежда, что в конце концов осуществится задуманный Амундсеном план и судно проникнет вместе со льдами в центральную часть Северного Ледовитого океана.

Но пока начались сильные сжатия.

«Мы никогда не были так близко к тому, чтобы покинуть «Мод», — писал Свердруп. — Начался напор льдов. «Мод» уже получила столь значительный крен, что предметы в каютах начали соскальзывать и падать со своих мест. «Мод» кренило все сильнее и сильнее. Была минута, когда в, лаборатории наступило критическое положение, но в конце концов нам все же удалось спасти большинство вещей: разбилось лишь несколько бутылей и других стеклянных сосудов, служивших для химических исследований. Крен достигал 23 градусов и продолжал увеличиваться. Вода залила большую часть палубы, борт у середины судна отстоял от воды всего лишь на один фут. Положение казалось страшным. «Мод» кренило так сильно, что нечего было и думать ходить по палубе, приходилось ползать, крепко держась за что попало. Собаки тоже ползали на брюхе или цеплялись друг за дружку. Вистинг приказал переправить собак на лед. Следующей мерой было перенести на лед готовые к путешествию сани, но, к счастью, прибегнуть к ним не пришлось».

22 июня «Мод» находилась недалеко от Новосибирских островов, приблизительно в 100 километрах от острова Фаддеевского. В начале июля около судна стали появляться разводья. 10 июля судно освободилось ото льда. Теперь оно могло свободно продолжать путь, но, к великому огорчению путешественников, не на север, куда они стремились в течение стольких лет, а на юг — к сибирским берегам.

Дрейф «Мод»
Дрейф «Мод»

«Мы продвигались вперед от одной полыньи к следующей, — записывал Свердруп, — таранили, давали задний ход, снова таранили, проталкивались изо всех сил и, наконец, пробили последнюю перемычку». 17 августа «Мод» обогнула остров Котельный и на следующий день вышла в море Лаптевых.

Убедившись в том, что судну не удастся пройти через центральную часть Арктики, руководители экспедиции решили вернуться обратно. Однако на пути в Берингов пролив, в районе Большого Баранова Камня, снова встретились непроходимые льды. 7 сентября «Мод» вернулась к острову Четырехстолбовому, где и зазимовала. «Мы вышли из дрейфующих льдов, но не вышли из льдов. Впереди у нас был еще целый год», — писал по этому случаю Харальд Свердруп.

Вынужденная зимовка у острова Четырехстолбового, после того как судно вышло из дрейфующих льдов, была неприятной неожиданостью. Пробыв столько лет среди льдов и потеряв всякую надежду проникнуть в Центральную Арктику, норвежцы стремились на родину. И снова их постигла неудача.

«Но терять мужество и бодрость было бесполезно, — писал X. Свердруп. — Хотя у нас и не было того рвения, которое воодушевляло всех поголовно в первую осень, когда шли приготовления к первой зиме и налаживалась научная работа, тем не менее мы продолжали добросовестно выполнять наши многочисленные обязанности, с твердым решением встретить лицом к лицу создавшееся положение и извлечь из него все возможные преимущества.»

В середине июля следующего, 1925 года «Мод» освободилась ото льда и продолжала путь на восток. Плавание в этом году было более успешным. Приблизительно через месяц судно достигло Берингова моря, а затем направилось в Ном.

Экспедиция на «Мод» была окончена. Ей не удалось дойти даже до тех широт, каких достигла экспедиция на «Фраме». Однако в научном отношении экспедиция на «Мод» была более счастливой: она собрала новые и весьма интересные научные данные о природе полярных стран, о состоянии погоды, о течениях и дрейфе льдов в районе, лежащем на окраине Арктического бассейна. Особенно интересные материалы были получены по метеорологии, геофизике и в области изучения свойств морского льда.

«Позади нас остались долгие годы, зимние ночи над причудливо взломанными ледяными полями, ночи с северным сиянием, сверкающим на усеянном звездами небе всевозможными цветами, или ночи с бурями и снежными метелями, хлещущими по льдам и окутывающими все непроницаемой тьмой, — писал X. Свердруп по окончании экспедиции. — Позади нас остались летние месяцы с незаходящим солнцем, с серыми однообразными днями, со стоящими по неделям влажными туманами полярных морей, только изредка прерываемыми солнечным днем, когда лед одевается в такие роскошные, необычайно нежные цвета: фиолетовый, синий, алый. Позади нас остался один сплошной трудовой день, во время которого нам, быть может, удалось выполнить хоть часть тех заданий, с которыми нас послали.

Мы вышли, наконец, изо льда. Он победил нас в том отношении, что нам не пришлось продрейфовать через Полярный бассейн, но покончить с «Мод» ему не удалось».

И все же X. Свердруп верил в возможность проникновения от острова Врангеля в Центральную Арктику на дрейфующем судне или просто на льдине. По прибытии в Норвегию он сообщил об этом Ф. Нансену; об этом же он говорил с советской делегацией на Парижской конференции по проведению Международного геофизического года в 1956 году. X. Свердруп заявил, что советские исследователи осуществили мечту многих полярных путешественников и, в частности, его мечту использовать дрейфующий лед для изучения Арктического бассейна.