Экспедиция Роберта Пири (1898—1905)


Экспедиция Роберта Пири (1898—1905)

После почти двадцатилетнего перерыва в конце XIX века попытки достигнуть Северного полюса со стороны пролива Смит возобновили американцы. На этот раз на сцену выступил Роберт Пири, к тому времени уже достаточно известный полярный путешественник, в течение нескольких лет исследовавший Гренландию.

Достижение Северного полюса Пири считал главной задачей своей жизни. На разрешение этой задачи он потратил 23 года, из которых 18 лет провел среди льдов и лишь 5 лет — на родине, причем и в эти годы он был занят подготовкой к новым экспедициям.

Первая экспедиция Пири, непосредственной целью которой было достижение Северного полюса, состоялась в 1898 году. На судне «Виндворд» Пири направился в пролив Смит, рассчитывая отсюда проникнуть как можно дальше на север. Льды в тот год были очень тяжелые, и Пири вынужден был зазимовать в самом проливе у мыса Дюрвилль. Так как от полюса его отделяло очень большое расстояние, он решил поступить так, как рекомендовал в свое время Ф. П. Врангель, — устроить несколько промежуточных баз, опираясь на которые, можно было бы успешнее продвигаться к заветной цели.

В течение зимы Пири успел побывать четыре раза в форте Конгер (бухта Леди Франклин), расположенном в 150 милях от места его зимовки.

В одну из таких санных экспедиций Пири вместе со своими спутниками — мулатом Хенсоном, доктором Дидриком и тремя эскимосами — был застигнут бурей. Путешественники вынуждены были в течение десяти дней отсиживаться в построенном ими снежном домике — «иглу», питаясь только мясом истощенных собак. Однажды Пири вышел осмотреть место стоянки. Внезапно налетела вьюга, вихрь снега скрыл окружающую местность. Пири заблудился. С большим трудом после двухдневных скитаний он отыскал хижину. Поиски обошлись ему достаточно дорого: он отморозил себе ноги, и ему пришлось ампутировать семь пальцев. Несмотря на болезнь, Пири решил продолжать путь. Однако он то и дело падал от боли и слабости. Тогда спутники положили его в сани и доставили на корабль. Болезнь не сломила Пири. Едва оправившись, он снова принял участие в санных экспедициях в форт Конгер, несмотря на то, что мог передвигаться только с помощью костылей.

Роберт Пири на палубе "Рузвельта"
Роберт Пири на палубе "Рузвельта"

Осенью 1899 года «Виндворд» после благополучной зимовки вернулся на родину. Пири остался в Арктике. Свою базу он организовал в эскимосском селении Этах на северо-западном берегу Гренландии. Как только наступили светлые дни и Пири почувствовал, что может свободно становиться на ноги, он отправился в большую поездку на санях в северо-западную часть Гренландии. Пири сопровождали мулат Маттиас Хенсон и пять эскимосов. Покинув Этах, путешественники без особых приключений достигли форта Конгер, а затем перешли на северное побережье Гренландии. Продвигаясь далее вдоль берега на восток, они подошли к северной оконечности Гренландии, которая была названа ими мысом Моррис-Джезуп. Условия пути были благоприятными, люди и собаки чувствовали себя превосходно. Пользуясь этим, Пири решил попытаться пройти как можно дальше на север. В этом направлении путешественники достигли 83°50' северной широты. Дальше путь преградило открытое море. Пири вынужден был вернуться обратно в форт Конгер, где расположился на третью зимовку. Нужно заметить, что до Пири в этом районе такой высокой широты никто не достигал.

Путешествие убедило Пири в том, что Северная Гренландия не подходит для устройства базы, с которой можно отправить санную экспедицию к Северному полюсу. По его наблюдениям, лед, расположенный к северу от Гренландии, весьма торосист; кроме того, он непрерывно движется с запада на восток, и здесь встречается очень много полыней, сильно затрудняющих продвижение на санях.

В следующем 1901 году Пири предпринял новую попытку пройти на север. Чрезвычайно трудные условия принудили его быстро возвратиться на базу.

Весной 1902 года Пири покинул бухту Пайера в проливе Смит, где он провел свою четвертую зимовку, и через месяц достиг мыса Хекла (северное побережье Земли Гранта), откуда в сопровождении Хенсона и четырех эскимосов на шести санях отправился на север. Путешествие по паковому льду, как и в прошлые годы, было не из легких.

Через шесть дней путники приблизились к большой полынье, в которой лед находился в постоянном движении. Далее на север каналы среди льда увеличивались, отдельные льдины, по которым надо было перетаскивать сани, становились меньше. Напрягая все силы, отряд с трудом продвигался вперед.

21 апреля путешественники находились под 84°17' северной широты. Вокруг было много разводий и полыней. Продвигаться дальше стало невозможно, и Пири повернул назад. Обратный путь оказался еще труднее и опаснее; помимо полыней, путешественников стали донимать и туманы. 29 апреля Пири достиг мыса Хекла и в середине мая был уже в гавани Пайера.

8 августа 1902 года в пролив Смит пришло судно «Винд-ворд», на котором Пири со всей своей экспедицией вернулся на родину.

Таким образом, четыре года подряд Роберт Пири пытался достичь Северного полюса, и все безрезультатно.

Но эти неудачи имели и положительную сторону. Они убедили Пири в том, что достижение полюса с помощью собачьих упряжек в значительной степени зависит от благоприятного случая; значит, его нужно выждать. «Если экспедиция пойдет на север на один год или, самое большее, на два, — писал Пири, — то очень легко может случиться, что не представится ни одного благоприятного случая, но если подождать там, как я собираюсь это. сделать, четыре или пять лет, то рано или поздно дверь откроется, или ее можно будет заставить открыться.»

«Рузвельт» во льдах
«Рузвельт» во льдах

Правда, иногда у Пири бывали минуты разочарований и сомнений. Тогда он писал: «Игра кончена, приходит к концу моя шестнадцатилетняя мечта. Я боролся изо всех сил. Думаю, что все, мною сделанное, сделано хорошо. Но я не могу совершить невозможного». Однако сомнения жили в нем недолго. Пири твердо верил в победу конечного дела, неудачи его не расхолаживали.

В 1905 году Пири снова на севере. На этот раз он отправился в экспедицию на превосходном, специально построенном для него полярном судне «Рузвельт», на борту которого находилось 200 ездовых собак. В состав экспедиции, помимо экипажа судна, входили 50 эскимосов с женами, детьми и со всем их имуществом.

Льды в проливе Смит в этот год были легкие; это позволило судну, снабженному сильными машинами, беспрепятственно достигнуть северных берегов Земли Гранта. Здесь, у мыса Шеридан, Пири остался на зимовку. В конце февраля он отправил на север, к мысу Хекла, несколько вспомогательных партий для организации продовольственных баз.

2 апреля Пири сам покинул место зимовки и отправился на север в сопровождении мулата Хенсона — неизменного участника всех его походов. Хенсон продвигался впереди полюсного отряда с несколькими эскимосами и строил снежные хижины для продвигающихся сзади санных партий. Скоро стали встречаться трещины и полыньи. Их обходили, на что затрачивалось много драгоценного времени. Но вот путь преградил огромный канал, тянувшийся с востока на запад за горизонт и покрытый молодым, непрочным льдом.

Шесть дней простояли около него путешественники. В конце концов они решили перебираться, с опасностью для жизни, по молодому, колебавшемуся под тяжестью саней льду. Перебравшись благополучно через разводье, Пири продолжал путь. Через несколько дней путникам пришлось пережить сильнейший шторм, во время которого их вместе со льдами отнесело далеко на восток.

21 апреля Пири находился на 87°06' северной широты, побив, таким образом, все существовавшие до этого рекорды. Ему удалось подойти приблизительно на 60 километров ближе к полюсу, чем капитану Каньи в 1900 году. Но продолжать путь далее на север не было никакой возможности. И люди и собаки чрезвычайно устали, связь с вспомогательными отрядами была прервана. Шестидневная буря, разбившая лед, уничтожила заготовленные на нем склады продовольствия, а до полюса оставалось еще 320 километров. При таких условиях идти дальше на север и подвергать жизнь людей опасности было недопустимо.

Пири поспешил в обратный путь. Путешественников непрерывно относило на восток. Непроходимые льды, ветер с острым, как иглы, снегом, бесчисленные полыньи, на борьбу с которыми уходили последние силы, сопровождали их на всем пути. «Чтобы одолеть эти невероятные препятствия, нужно было иметь по меньшей мере крылья», — писал Пири. Ко всему этому прибавился голод: когда Пири, наконец, приблизился к северным берегам Гренландии, восемь собак уже были съедены. Однако путешественникам повезло: на берегу они убили несколько мускусных быков.

Впоследствии Пири говорил, что это был первый и единственный случай, когда он серьезно призадумался над тем, удастся ли им выбраться живыми.

Два вспомогательных отряда тоже были отнесены бурей к северным берегам Гренландии. Один из них находился в критическом положении: люди были настолько истощены, что одежда висела на них, как на скелетах. Только прибытие отряда Пири спасло их от неминуемой гибели. Окрепнув немного, путешественники направились к мысу Шеридан, куда прибыли спустя 116 дней после того, как вышли в поход на север.

Через несколько дней Пири отправился обследовать северный берег Земли Гранта и открыл новую землю, которая впоследствии была названа Землей Акселя Хейберга. Закончив работу, Пири возвратился на судно. После этого экспедиция вернулась в Соединенные Штаты Америки.

Так и на этот раз Пири не пришлось побывать на полюсе, хотя ему и удалось подойти к нему ближе, чем кому-либо из его предшественников. Однако такой результат не удовлетворил Пири. Несмотря на встретившиеся ему весьма неблагоприятные природные условия, Пири упорно защищал именно этот вариант пути к полюсу, — со стороны пролива Смит. Он считал этот путь «несомненно лучшей дорогой для серьезной атаки полюса». Он полагал, что если хорошо снаряженная экспедиция перезимует как можно ближе к северу, то в конце концов с помощью эскимосов, отдельными этапами, применяя вспомогательные отряды на пути, ей удастся достичь полюса.

«Основным правилом физики, — писал Пири, — является положение, что тело движется по линии наименьшего сопротивления. Но этот принцип кажется мало применимым в отношении непоколебимой воли человека. Всякое препятствие физического или морального характера, которое становилось на моем пути, — была ли это чистая вода в ледяной пустыне Полярного моря, или сопротивление общественного характера, служило только побудительной причиной для осуществления моего решения: твердо поставленной цели моей жизни, если только моя жизнь окажется достаточно продолжительной для этого».