На плоту через Тихий океан


Когда корабли европейцев впервые бросили якоря у коралловых рифов и вулканических островов Полинезии, путешественники обнаружили здесь следы древней культуры: мощеные дороги, ступенчатые пирамиды и громадные статуи, высеченные из цельных каменных глыб.

Тысячи километров отделяют о-ва Самоа от Гавайских о-вов или от о-ва Пасхи, и тем не менее всюду жители говорят на местных наречиях одного и того же языка.

Маршрут плавания на плоту «Кон-Тики»
Маршрут плавания на плоту «Кон-Тики»

Откуда же произошли жители Полинезии? Какие народы заселили бесчисленные острова, раскинувшиеся на бескрайних просторах Тихого океана вдали от населенных материков? Загадка происхождения полинезийцев породила множество различных гипотез. Предполагали, что население Полинезии происходит из Индии, из Египта, с Кавказа, из Скандинавии и даже из Атлантиды.

Некоторые ученые отстаивали американское происхождение полинезийцев. Ступенчатые пирамиды и монолиты, громадные статуи о-ва Пасхи и Маркизских о-вов поразительно напоминали такие же пирамиды и изваяния, оставленные в горах Тихоокеанского побережья древними жителями Перу.

Эта гипотеза увлекла молодого норвежского этнографа Тура Хейердала. Изучая предания и мифы полинезийцев, Хейердал установил, что все поэтические легенды жителей островов посвящены богу и вождю Тики — сыну Солнца, который некогда приплыл через океан из гористой страны на Востоке.

Плот «Кон-Тики», построенный по образцу древних перуанских плотов.
Плот «Кон-Тики», построенный по образцу древних перуанских плотов.

Хейердал занялся изучением древней культуры Южной Америки. Перуанские легенды говорили о народе белых богов, пришедших откуда-то с севера. Они и создали в горах огромные каменные статуи. Впоследствии, после поражения в битве с инками на оз. Титикака, этот народ во главе со своим вождем Кон-Тики (что значит «Солнце-Тики») бесследно исчез. Кон-Тики увел своих людей на запад через океан. Так говорили легенды...

Хейердал занимался раскопками в Британской Колумбии, изучал рисунки на камнях в полинезийском стиле, когда немецкие фашисты вторглись в Норвегию. С солнечных берегов Тихого океана ученый-патриот отправился в Заполярье. Он стал бойцом-парашютистом, участвовал в боях на морских магистралях, ведущих в Мурманск, и только после того, как Норвегия была освобождена, Тур Хейердал снова вернулся к своим исследованиям.

Хейердал написал большой научный труд, доказывающий американское происхождение полинезийцев, но в ученом мире никто не обратил внимания на его работу. Можно ли серьезно говорить о переселении индейцев на острова Полинезии, если они не располагали никакими судами, кроме примитивных плотов! Это было главное возражение. И Хейердал принял неожиданное решение: он сам докажет, что на перуанском плоту можно пересечь Тихий океан.

Почти на всех островах Полинезии встречаются статуи. По преданию, это статуи первого вождя полинезийцев — Кон-Тики.
Почти на всех островах Полинезии встречаются статуи. По преданию, это статуи первого вождя полинезийцев — Кон-Тики.

Так возникла мысль об одной из интереснейших научных экспедиций нашего времени. Хейердал тщательно изучил морские течения и ветры. Он пришел к выводу, что Гумбольдтово (ныне Перуанское), а затем Южное экваториальное течения обязательно отнесут плот от берегов Южной Америки к Маркизским о-вам или о-вам Туамоту. Молодой этнограф разыскал записи первых европейцев, побывавших па Тихоокеанском побережье. Там было немало рисунков и описаний древних индейских плотов из бальзового дерева, которое обладает очень высокой прочностью и в то же время вдвое легче пробки. Хейердал решил строить плот, точно придерживаясь древних образцов: девять толстых бревен, связанных веревками из растительных волокон, четырехугольный парус, небольшая бамбуковая хижина-каюта и рулевое весло на корме — вот и все.

Экипаж необычайного судна подобрался быстро. Первым вызвался инженер Герман Ватцингер. На призыв Хейердала откликнулись друг его детства художник Эрик Хессельберг и его товарищи по оружию Кнут Хауг-ланд и Турстейн Раабю. Пятеро молодых норвежцев твердо верили в успех экспедиции. Опасность не пугала их. Во время войны Турстейн и Кнут не раз спускались на парашютах с радиоприемником в тыл врага, а Эрик — в прошлом моряк — умел обращаться с секстантом не хуже, чем с палитрой и кистью. Шестым участником экспедиции стал шведский этнограф Бенгт Даниельссон.

Уже сама подготовка экспедиции потребовала немало смелости, решительности и выносливости от ее участников. Самолет доставил их в Кито — столицу Эквадора, откуда они отправились в джунгли на поиски бальзовых деревьев. Ни ядовитые змеи и скорпионы, ни опасность нападения диких индейцев — охотников за черепами, ни разливы тропических рек не остановили путешественников. В чаще девственного леса Хейердал и его друзья нашли то, что искали.

И вот драгоценные бревна доставлены по течению рек Паленкуэ и Рио Гуаяс в порт Гуаякиль, а оттуда в отправной пункт экспедиции — Лиму. Здесь, в бухте Кальяо, был построен плот — точная копия древних перуанских судов. В отличие от индейских мореплавателей участники экспедиции захватили с собой радиостанцию, но чем могла бы она помочь путешественникам, затерянным в безбрежных просторах Тихого океана, на десятиметровом плоту, вдали от морских путей?

28 апреля 1947 г. множество людей собралось в порту Кальяо, чтобы проводить отважных исследователей. Надо сказать, что в успех экспедиции почти никто не верил. Ей предрекали неминуемую гибель.

Но молодые путешественники невозмутимо делали свое дело. Ветер наполнил квадратный парус с изображением бородатого лица Кон-Тики — легендарного мореплавателя, который, по предположению Хейердала, открыл Полинезию около 500 г. н. э. Его имя присвоили необычному судну. И вот «Кон-Тики» выведен на буксире в открытое море. Попутный ветер подхватил плот, и вскоре зубчатые горы Перу скрылись за грядой облаков. Теперь уже невозможно было повернуть обратно. Пассат погнал плот на северо-запад. К вечеру океан покрылся ревущими волнами. «Кон-Тики» легко взбирался на водяные горы, и, даже если гребень волны обрушивался на плот, вода немедленно уходила в щели между бревнами, как сквозь зубцы вилки.

«Кон-Тики» в открытом море. Северо-восточный пассат несет плот на юго-запад.
«Кон-Тики» в открытом море. Северо-восточный пассат несет плот на юго-запад.

Первые несколько суток экипаж яростно боролся со стихией. Управление парусом и рулевым веслом требовало величайшего напряжения сил, но зато путешественники убедились в прекрасных мореходных качествах плота. Прошла неделя. Волны утихли, и океан щедро раскрывал свои тайны перед смелыми исследователями. Не проходило дня, чтобы их не навестили обитатели глубин океана. Сардины и золотые макрели, резвые дельфины и жирные тунцы появлялись у самого плота. Стаи летучих рыб пролетали над головой, и многие из них падали на плот. А как-то ночью волна забросила прямо в каюту редчайшую змеиную рыбу, которую ранее никому не приходилось видеть живой. Только скелеты подобных рыб изредка обнаруживали на американском побережье.

Ночью вода вокруг плота вскипала фосфоресцирующими блестками. Иногда чьи-то круглые светящиеся глаза поднимались из морской пучины, привлеченные тусклым светом фонаря. Возможно, это были крупные кальмары, которые в большом количестве водятся в этих водах. Они вызывали немало опасений, но ни один из них не попытался взобраться на плот. Тур Хейердал и его друзья установили, что детеныши кальмаров, спасаясь от преследования, выпрыгивают из воды и пролетают десятки метров, планируя в воздухе. Об этом не подозревал до сих пор ни один зоолог.

24 мая к плоту подплыло огромное чудовище тропических вод — двадцатиметровая китовая акула — самая большая рыба в мире, известная в наши дни. Обыкновенные акулы попадались ежедневно. Иногда они просто кишели вокруг плота. Постепенно мореплаватели привыкли к ним и даже научились вытаскивать этих страшных хищников на палубу. Однажды плот наткнулся на целое стадо китов. Морские исполины несколько часов миролюбиво резвились вокруг плота, а потом скрылись в пучине океана.

Страницы судового журнала «Кон-Тики» испещрялись записями о встречах с загадочными морскими существами, не известными до сих пор. Гигантский скат, лежавший, как подводная скала, у самой поверхности океана, светящиеся, извивающиеся рыбы и многие другие обитатели океана, замеченные с плота, никогда до этого не наблюдались учеными на таком близком расстоянии. Подобные встречи не всегда бывали безопасны. Для того чтобы наблюдать за жизнью обитателей глубин, Эрик Хессельберг смастерил из бамбука «водолазную корзину». В ней можно было в спокойную погоду оставаться под водой, пока хватало дыхания. Этот нехитрый снаряд позволил сделать много интересных наблюдений.

Шли недели. Они были заполнены неустанным трудом. Каждый из путешественников выполнял свои обязанности. Бывшие военные радисты Кнут и Турстейн использовали весь свой богатый опыт, чтобы заставить работать радиоаппаратуру, нередко заливаемую водой. Они целыми днями возились со своими батареями и паяльниками, а ночью посылали в эфир сводки погоды, которые были весьма ценны для метеостанций Европы и Америки. Эрик нес обязанности штурмана и, кроме того, делал зарисовки. Тур заносил наблюдения в судовой журнал, ловил рыбу и планктон, производил киносъемки. Бенгт выполнял обязанности эконома и притом успевал читать научные книги. Герман вел метеорологические и гидрологические наблюдения. И каждый по четыре часа в сутки стоял на вахте у руля.

Участники смелого плавания через Тихий океан на плоту «Кон-Тики».
Участники смелого плавания через Тихий океан на плоту «Кон-Тики».

На сорок пятый день плавания путешественники находились ровно на полпути к своей цели — на 108° з.д. Свыше двух тысяч миль отделяло их от берегов Южной Америки, но впереди было еще немало испытаний. Уже в полинезийских водах на плот одна за другой обрушились три гигантские волны, очевидно, вызванные подводными землетрясениями. «Кон-Тики» выдержал и эти удары. А два дня спустя разыгрался жестокий шторм, продолжавшийся несколько суток. Но путешественники уже научились бороться с волнами. Дружеская спайка помогала им в самых трудных, подчас трагических обстоятельствах. Когда Герман оказался за бортом и течение уносило от него плот все дальше и дальше, Кнут, не задумываясь, рискуя жизнью, бросился в волны и спас товарища. Шестеро молодых ученых никогда не теряли уверенности в успехе своего отважного предприятия. Веселье было их неизменным спутником. Гитара, забавная шутка, неиссякаемое чувство юмора помогали им в непрестанной жестокой борьбе со стихией.

И люди оказались сильнее океана.

30 июля на горизонте показалась земля. Это был о-в Пукапука — крайняя точка архипелага Туамоту. Течение не позволило плоту приблизиться к острову. Затем показался о-в Ангатау, но и к нему не удалось пристать.

Шел девяносто седьмой день путешествия. Задача была выполнена. Люди па плоту пересекли Тихий океан и достигли островов Полинезии. Оставалось еще одно испытание — прорваться через барьер коралловых рифов, о которые, вероятно, разбилось немало кораблей. Досаднее всего было бы погибнуть в самом конце пути. Но и здесь шестеро путешественников проявили ту же силу духа, организованность и бесстрашие, которые помогали им в течение всего беспримерного плавания.

7 августа «Кон-Тики» был выброшен прибоем на коралловый риф, у самого берега крохотного, необитаемого, заросшего пальмами островка Рароиа. Это была первая твердая земля, на которую ступили шестеро мореплавателей. Спустя несколько дней сюда приплыли на своих пирогах островитяне-полинезийцы. Они оказали путешественникам самый восторженный прием. А еще через несколько дней за экипажем «Кон-Тики» пришла с о-ва Таити французская шхуна «Тамара».

Так окончилась эта замечательная экспедиция. Теперь Тур Хейердал мог рассчитывать на внимание научного мира. Его работу напечатали. В ней приводится много интересных доказательств исторической связи Полинезии с Южной Америкой. И все-таки, как признает сам автор, своим путешествием он доказал только высокие мореходные качества бальзовых плотов.

Море щедро дарило свои богатства отважным мореплавателям. На фото - участники экспедиции с дневным уловом.
Море щедро дарило свои богатства отважным мореплавателям. На фото - участники экспедиции с дневным уловом.

Защитники гипотезы азиатского происхождения полинезийцев продолжают придерживаться своей точки зрения. Таким образом, вопрос о происхождении полинезийцев по-прежнему остается открытым. Однако путешествие Тура Хейердала и его друзей убедительно доказало, что древние перуанцы могли попасть на острова Полинезии.

Эта экспедиция талантливо описана самим Хейердалом в его книге «Путешествие на «Кон-Тики», выдержавшей множество изданий на разных языках.

В предисловии к русскому изданию географ С. В. Обручев пишет: «Успех плавания Хейердала был обусловлен точным анализом взаимодействия течений и ветров этой части Тихого океана, и по глубине научного предвидения и смелости предприятия эту экспедицию можно сравнить только с дрейфом через Северный Ледовитый океан, выполненным в 1893—1896 гг. другим норвежцем — Фритьофом Нансеном».

4300 морских миль (около 8000 км) проплыли на плоту из девяти бревен Тур Хейердал и его друзья. Это расстояние вдвое превышает тот путь, который прошел Колумб на своих каравеллах во время первого путешествия в Вест-Индию. И независимо от того, как решат будущие исследователи вопрос о происхождении полинезийцев, путешествие на «Кон-Тики» останется в истории XX в. примером самоотверженного научного подвига.