Станция «Северный полюс-3»


Через три года после окончания работ станции «Северный полюс-2» исследования в Арктике на дрейфующих льдинах были продолжены.

Автору этой статьи поручили руководить станцией «Северный полюс-3», а станцию «Северный полюс-4» возглавил Е. И. Толстиков (см. стр. 496).

9 апреля 1954 г. у 86° с. ш. и 175° 45' з. д., в 440 км от Северного полюса, на льдину совершил посадку самолет под управлением Героя Советского Союза Ильи Спиридоновича Котова. Перед посадкой самолет долго кружился, выбирая среди дрейфующих льдов большую прочную льдину для высадки научной дрейфующей станции «Северный полюс-3». Выбор оказался удачным: льдина выделялась своими большими размерами. Ее окаймляли высокие гряды торосов. Толщина ледяного поля оказалась около 3 м, а размеры — 2x3 км.

Лагерь дрейфующей станции «Северный полюс-З» ночью.
Лагерь дрейфующей станции «Северный полюс-З» ночью.

Круглые сутки самолеты доставляли на льдину с береговых баз приборы, оборудование, снаряжение, продовольствие. Затем прибыли работники станции, и начались научные наблюдения над льдами, погодой, морской водой и жизнью в океане.

Аэрологи смонтировали переносный газовый завод для добывания водорода. Водородом наполняли резиновые шары, к которым подвешивали миниатюрные приборы с радиопередатчиком и пускали их в заоблачные высоты. Поднимаясь вверх, приборы автоматически отмечали температуру, влажность, давление воздуха на разных высотах, а аэрологи принимали сигналы через радиоприемник в палатке.

На станции установили приборы, отмечавшие изменение магнитного поля. Ежедневно полярники определяли координаты и наносили их на карту.

На станцию было завезено около 100 Т различных грузов. Сюда прибыл вертолет для разведки льдов в окрестностях лагеря, научных наблюдений в стороне от линии дрейфа и перевозки грузов. Самолеты доставили еще трактор и автомобиль.

Кроме палаток, мы поставили четыре разборных домика на полозьях. В одном домике разместилась радиостанция, в другом — лаборатория для химических анализов проб морской воды; из двух домиков, соединенных вместе, мы соорудили кают-компанию и кухню (камбуз).

Коллектив станции «Северный полюс-3» состоял из опытных полярников. Многие из них не раз зимовали в Арктике и участвовали в высокоширотных экспедициях.

Весной над льдиной круглые сутки сияло ослепительно яркое солнце, освещая бесконечные ледяные поля и гряды торосов. К концу мая под снегом появилась вода. Пришлось ходить в резиновых сапогах. Рядом с палатками и домиками образовались озера из талого снега. Механическим буром пришлось бурить лунки во льду, и через них вода уходила под лед. Июнь был тихий и теплый, температура воздуха колебалась около нуля градусов. Наступило арктическое лето.

Черный покров палаток нагревался, в них было тепло. В солнечную погоду мы открывали двери палаток.

Льды в районе станции
Льды в районе станции.

В начале июля прошел сильный ливневой дождь. Поверхность ровных льдин стала голубой. Но вдруг 5 июля пошел снег, завыл ветер, и снова намело сугробы, а под снегом образовались скопления воды — снежницы. Вскоре опять установилась солнечная погода, воды на льду стало еще больше. Вокруг нашей льдины образовались разводья, по которым гуляли небольшие волны. В разводьях появились нерпы. Летом через лагерь иногда пролетали редкие в этих широтах чайки и пуночки. Однажды над лагерем пролетели три небольшие утки. У краев льдин выросли водоросли, свисавшие в воду, точно канаты и нити светло-коричневого цвета. Все чаще и чаще наплывали туманы, из низких лохматых облаков сыпал то снег, то дождь.

Летом к нам нередко прилетали самолеты и привозили работников различных институтов Академии наук. Ученые знакомились с работой станции, проводили дополнительные исследования в приполюсном районе и снова улетали на Большую землю.

Под влиянием течений и переменных ветров льдина делала петли, зигзаги, медленно двигаясь к северу.

25 августа 1954 г., после трехдневного перерыва из-за пасмурной погоды, удалось определить координаты: мы находились всего в 30 км от Северного полюса по 90-му меридиану з. д. Резкое увеличение глубины океана указывало на то, что мы пересекли подводный хребет Ломоносова. За трое суток сильного устойчивого ветра льдина продрейфовала 80 км. Лето уже кончалось. Падал снег, засыпавший снежницы. Стало подмораживать.

Солнце с каждым днем опускалось все ниже и ниже, а 25 сентября оно зашло за горизонт и больше не показывалось. Начались пурги. Огромные сугробы снега окружали строения. После захода солнца еще несколько дней стояли сумерки, пылали зори, а в октябре уже круглые сутки было темно.

Мы дрейфовали в более высоких широтах, чем станции «Северный полюс-2» и «Северный полюс-4»; поэтому полярная ночь у нас началась раньше и продолжалась дольше — пять с половиной месяцев.

Через лагерь дрейфующей станции прошла трещина.
Через лагерь дрейфующей станции прошла трещина.

В конце октября к нам снова прилетели самолеты. Они доставили дополнительное оборудование, снаряжение, приборы, продовольствие на зимний период. Темной полярной ночью, сквозь пургу и мороз бесстрашные летчики уверенно водили воздушные корабли над Центральной Арктикой.

На станцию завезли еще 5 домиков, и весь личный состав переселился в них из палаток. В теплой и уютной кают-компании торжественно и весело встретил дружный коллектив станции 37-ю годовщину Великой Октябрьской революции.

С наступлением полярной ночи во всех рабочих и жилых помещениях станции загорелся электрический свет. Весь лагерь был радиофицирован.

В конце ноября пришлось испытать много тревог. Через станцию проходили циклопы с сильными переменными ветрами. Начались подвижки и торошение льда вблизи лагеря.

24 ноября через лагерь прошла трещина. Большинство сотрудников в это время спало; лишь ответственный дежурный, обходя лагерь, внимательно прислушивался к звуку торошения. Вдруг раздался удар, и льдина вздрогнула. Все проснулись и быстро выскочили из домиков. По заранее разработанному расписанию «ледяной тревоги» все заняли свои места.

Трещина прошла между домиками аэрологов и метеорологов и на глазах стала расходиться. Над черной поверхностью воды поднимался пар. Подогревные лампы вертолета оказались на противоположной стороне. Командир вертолета Алексей Федорович Бабенко и механики мгновенно перебросили трап через зияющую трещину и быстро перетащили тяжелые лампы. Трещина прошла под палаткой, где находилась магнитно-вариационная станция. Край палатки повис над водой. Магнитолог Николай Евдокимович Попков с группой товарищей успели поднять палатку и спасти ценный прибор.

За 10-15 минут между палаткой аэрологов и их домиком образовалось разводье шириной около 50 м. Заревели лампы, подогревая мотор вертолета. И вскоре вертолет поднял нас в воздух, освещая путь ярким прожектором. Мы осмотрели лагерь и окрестности, а затем спустились на отколовшуюся часть лагеря. Здесь товарищи также занимались спасением имущества, отвозя его подальше от разводья, в более безопасное место. Через разводье перебросили телефонную линию. На второй день разводье замерзло и по нему можно было ходить.

На аэрологической площадке.
На аэрологической площадке.

1 декабря так же внезапно появилась вторая трещина, перпендикулярная первой. Она прошла под двумя домиками и палаткой и начала быстро расходиться. Тогда мы решили перевезти лагерь на более надежную часть льдины.

В полной темноте, при 40° мороза все домики и палатки удалось перевезти с помощью трактора на новое место. Там, где недавно был расположен лагерь, сперва образовалось широкое разводье, а затем появились гряды торосов. Но и на новом месте не было спокойно: вал торосов хоть и медленно, но с каждым новым приступом торошения приближался к лагерю. Наконец 24 декабря торошение прекратилось и наступило затишье.

Прорубив в гряде торосов проход, мы перебрались на другую, более прочную льдину. Трое суток без сна и отдыха, при морозе и резком ветре, освещая путь факелами, мы перевозили громоздкие грузы. Быстро, чтобы не прерывать наблюдений, оборудовали новые наблюдательные площадки. После этого жизнь на станции снова вошла в нормальную колею.

К Новому году прилетел Герой Советского Союза Илья Павлович Мазурук. Он привез нам новогодние подарки: зеленые, пахнущие хвоей елки и красивые елочные игрушки. Кроме большой елки в кают-компании, в каждом домике стояли маленькие елочки.

В конце февраля появились проблески зари, которая с каждым днем разгоралась все ярче в южной части горизонта. 10 марта после сильной пурги показалось солнце, а 29 марта наступил полный полярный день: солнце круглые сутки не заходило. за горизонт.

Гидрологи собирают в банку улов планктона.
Гидрологи собирают в банку улов планктона.

Еще 16 марта вблизи лагеря прошла трещина через центры двух гидрологических палаток. Началось торошение. И снова пришлось переносить палатки и приборы на новое место.

6 апреля трещина превратилась в широкое разводье, разделившее лагерь на две части; мы быстро наладили надежную переправу, а также телефонную и радиотелефонную связь.

Заканчивался год дрейфа нашей станции. Льды в окрестностях лагеря были сильно разломаны. До берегов Гренландии оставалось менее 300 км. Южнее нас, ближе к проливу между Шпицбергеном и Гренландией, простирались огромные пространства открытой воды. Из Арктического института сообщили, что нам на смену подготовлена новая дрейфующая станция — «Северный полюс-5», которую предполагали высадить к северу от Новосибирских о-вов. На станцию «Северный полюс-4», дрейфовавшую одновременно с нами, уже прибыла новая смена.

К нам ежедневно прилетали самолеты, вывозя наше имущество. Лагерь постепенно свертывался. Часть снаряжения переправили на вновь организуемую станцию «Северный полюс-5».

20 апреля 1955 г. на дрейфующей станции «Северный полюс-3» был торжественно спущен флаг. Станция завершила свою работу.

За 376 дней наша льдина под влиянием ветров и течений совершила сложный извилистый путь протяженностью свыше 2200 км, а по прямой, или, как говорят, по генеральному направлению, — 830 км.

Путь льдины характеризует движение массива льдов Центральной Арктики.

До дрейфа папанинцев (см. стр. 466) ученые считали, что над Центральной Арктикой в течение всего года существует устойчивая область высокого давления — «шапка» холодного воздуха. Советский ученый Б. Л. Дзердзеевский, обработав данные первой дрейфовавшей станции, опроверг это мнение и доказал, что в летние месяцы такого устойчивого давления здесь нет и через Центральную Арктику проходят циклоны. Метеорологические наблюдения нашей станции показали, что даже в зимние, холодные месяцы в околополюсном районе нередко проходят циклоны.

Повар станции А. М. Ефимов приготовил новогодний подарен зимовщикам.
Повар станции А. М. Ефимов приготовил новогодний подарен зимовщикам.

Как и предполагалось, мы пересекли вблизи Северного полюса подводный горный хребет Ломоносова и район магнитной аномалии.

Частые промеры глубин по пути дрейфа льдины уточнили представления о крутизне склонов хребта и характере грунта на дне океана.

Все участники экспедиции энергично работали, не жалея сил. Кроме своих прямых обязанностей, каждому сотруднику ежедневно приходилось выполнять разнообразные общелагерные работы. Несмотря на суровые условия природы, коллектив сохранил бодрость и жизнерадостность.

Самоотверженно трудились ж полярные летчики, регулярно доставлявшие за тысячи километров в любую погоду почту, свежие продукты, оборудование, приборы.