Зона лесов


Круглый год работают лесозаготовители. Передвижные электростанции дают свет и обеспечивают энергией электропилы, пришедшие на смену топору и двуручной пиле — малопроизводительным орудиям труда. Бот это огромное дерево будет спилено всего лишь за двадцать пять — тридцать секунд.
Круглый год работают лесозаготовители. Передвижные электростанции дают свет и обеспечивают энергией электропилы, пришедшие на смену топору и двуручной пиле — малопроизводительным орудиям труда. Бот это огромное дерево будет спилено всего лишь за двадцать пять — тридцать секунд.

Широкой, длинной полосой протянулись леса от Балтики и Карпат до Тихого океана. Лесная площадь Советского Союза занимает около 11 млн. км² — почти половину территории страны.

Климат лесной полосы значительно мягче климата тундры. Это особенно заметно ощущается в Европейской части нашей страны, где сказывается большое влияние Атлантического океана.

Но за Уральским хребтом, стоящим на пути теплых и влажных ветров Атлантики, облик природы более суров. Тут сильнее влияние Ледовитого океана, и массы холодного арктического воздуха, не сдерживаемые никакими преградами, растекаются далеко на юг. Сибирь, как известно, славится своими морозами, по из-за сухости воздуха и безветрия они переносятся здесь значительно легче, чем на европейской территории СССР. В ясную тихую солнечную зиму Сибири, когда термометр показывает -40°, люди чувствуют себя лучше, чем где-нибудь в Подмосковье при 20° мороза с умеренным ветром.

К западу от Уральского хребта, южнее хвойных массивов, стоят широколиственные леса из дуба, ясеня, клена, липы. А за Уралом нет дуба, клена и других широколиственных пород. На Западно-Сибирской низменности, одной из величайших равнин земного шара, тянутся на восток хвойные леса (ель, пихта, сосна, лиственница, кедр) с примесью березы. Только ближе к Тихому океану можно увидеть липу и тополь, бархатное дерево с пробковой корой и амурский дуб в удивительном сочетании с хвойными породами: гигантским корейским кедром, аянской елью, белокорой пихтой — и с цветистым кустарниковым подлеском.

Наша страна с давних пор славилась своими лесными богатствами. Далеко за ее пределами строили из русского леса дома, мосты, корабли. На мачтах из олонецких, архангельских, вологодских сосен реяли флаги едва ли не всех европейских государств. По всему Европейскому материку стояли телеграфные столбы из русского леса. Десятки тысяч километров стальных рельсов покоились на русских шпалах. Шахты и рудники в Германии, Бельгии, Франции, Англии, Испании крепили русским лесом.

Царская Россия продавала лес за бесценок в грубом, неотделанном виде. Сотни иностранных фирм нажили на нем несметные состояния. Огромные деревообделочные заводы и судостроительные верфи Англии, Голландии, Германии обрабатывали русский лес.

А в южных областях России, в Средней Азии, в степях и полупустынях Прикаспия и Казахстана нужда в лесе была огромной, и стоил он очень дорого. Только богатые люди могли позволить себе такую роскошь, как деревянный пол или потолок: жилища строились обычно из земли и навоза, смешанных с соломой, из необработанного камня или плетеного хвороста и камыша, обмазанных глиной.

Лесоразработки считались сезонным промыслом. С наступлением зимы тысячи крестьян покидали родные деревни и уходили в леса. До самой весны там стучали топоры и визжали пилы. Лесорубы ютились в гнилых бараках, в землянках, похожих на звериные норы, получая гроши за свой труд с рассвета до ночи. А весной начинался сплав: заготовленный лес сталкивали в реку, и миллионы бревен шли вниз по течению. Работа сплавщика была трудной и опасной: малейшее неосторожное движение — и балансирующий с тяжелым шестом на скользких вращающихся бревнах сплавщик навеки уходил под плывущие бревна, как под лед.

Сегодня никто уже не назовет наши лесоразработки промыслом. Правда, мы еще по старинке продолжаем писать и говорить: «лесоруб», «рубят лес». Но сейчас в лесах чаще всего раздается не стук топора, а жужжащая песнь электрических пил, рычание тяжелых тракторов-лесовозов, бойкие свистки маленьких паровозиков, бегущих по узкоколейным дорогам к большим железнодорожным и водным магистралям. И сплав теперь идет по-новому: могучие механизмы для сплотки древесины, мощные подъемники и краны сменили тяжелый ручной труд. И за границу мы отправляем не дешевое сырье, а дорогой товар: аккуратные брусы-балки, разномерные доски и рейки, баланс для бумажных, вискозных, целлюлозных фабрик. Лесоматериалы занимают значительное место в нашем экспорте.

Глухой стеной высится тайга по крутым берегам уральской реки красавицы Чусовой.
Глухой стеной высится тайга по крутым берегам уральской реки красавицы Чусовой.

Неподалеку от гигантских лесозаводов работают основные потребители их продукции: заводы стандартных домов и строительных деталей; фанерные, картонные, спичечные и бумажные фабрики; лесохимические заводы, производящие пластмассы, спирт, смолы, скипидар, канифоль и множество других продуктов. Сырьем для ряда предприятий служат опилки, сучья, корни, обрезки дерева, которые прежде считались отходами производства. Здесь подтверждается золотое правило, что «в химии отбросов нет». А в недавнем прошлом в лесной глуши только одиночки-смолокуры добывали деготь, смолу и канифоль. Лес сжигали для изготовления древесного угля, который шел на топливо в доменные печи металлургических заводов.

Лесную зону страны издавна населяли русские люди, а рядом с ними жили карелы, коми, чуваши, марийцы, татары, манси, эвенки, якуты, удэхейцы. В дореволюционное время почти все они считались народами «вымирающими». И действительно, численность их уменьшалась год от года.

Вечная кабала, нищета, голод и болезни сокращали жизнь лесорубов, землепашцев, охотников.

Охотничьим промыслом на европейском лесном севере, в сибирской тайге и в дебрях Дальнего Востока занимались всегда и занимаются сейчас сотни тысяч людей.

С давних пор русские меха славились своей красотой. Лет триста назад пушнина была основным экспортным товаром России. Необычайно прочный мех бобра, серебристо-черные, черно-бурые и огненно-красные лисы, шелковистый мех соболя, пепельно-серая белка, золотисто-коричневая куница, меха выдры, енота и поныне высоко ценятся на мировом рынке.

Но добытчики этих ценностей маялись в кабале у туземных князьков, царских чиновников и жадных скупщиков пушнины. Даже самая удачная охота не давала людям возможности выбиться из нужды. И если бы не Советская власть, охотники Севера и Сибири постепенно исчезли бы с лица Земли, как исчезли уже многие народности и племена в капиталистических странах.

Только после Великой Октябрьской революции в зеленых массивах лесной полосы в жизни охотников произошли такие же перемены, как и в жизни лесорубов. На берегах сплавных рек и вдали от них выросли сотни населенных пунктов — лесных городков со школами, клубами, кинотеатрами, больницами. На местах прежних охотничьих становищ поднялись благоустроенные поселки, где живут сегодня охотники, которые стали заниматься не только охотой, но и земледелием и скотоводством. Охота превратилась в наши дни в выгодный промысел; широкая сеть факторий скупает у охотников драгоценную пушнину по высоким ценам и снабжает население охотничьими припасами, различными товарами и продуктами, которых в прежнее время никогда не видели люди этого края.

Сейчас численность народностей, населяющих наш лесной край, намного увеличилась. Но в восточной его части еще мало больших городов и железных дорог, а из-за недостатка населения до сих пор не осваивается множество природных богатств.

Мощные трелёвочные тракторы, сменившие слабосильных крестьянских лошаденок, вытаскивают из глубины леса пачки срубленных деревьев.
Мощные трелёвочные тракторы, сменившие слабосильных крестьянских лошаденок, вытаскивают из глубины леса пачки срубленных деревьев.

В лесной полосе страны целиком расположены Латвия, Литва, Эстония, Белоруссия, северо-западные области Украины и большая часть РСФСР. На территории лесной зоны живет почти половина населения Советского Союза, однако размещено оно неравномерно.

В границах Якутской АССР, к примеру, мог бы поместиться весь огромный Казахстан, все союзные республики Закавказья (Азербайджан, Грузия, Армения) и Прибалтики (Латвия, Литва, Эстония), но в любой из этих республик жителей больше, чем в Якутии.

Богатства природы — а их на востоке страны значительно больше, чем на западе — в течение долгих веков ожидали прихода человека. До Великой Октябрьской революции освоение природных богатств фактически заканчивалось на Урале, который издавна славился своими недрами. Ученые недаром называют его «геологическим раем». Как гигантский музей, Урал хранит очень много различных полезных ископаемых: платину, железную руду, хром, вольфрам, марганец, молибден, медь, никель, кобальт, сурьму, ртуть, цинк, магний, золото, асбест, алмазы, изумруды, яшму, малахит, аметист, горный хрусталь, топаз и др. Золотом Урал славится с давних времен, и неспроста Уральский хребет, по каменным гребням которого проходит условная граница между двумя частями света, называют «золотым швом» Европы и Азии.

Именно здесь впервые в России был найден этот драгоценный металл и отсюда пошла слава о золото Урала. Но здесь все же золота меньше, чем на Алтае, в верховьях Иртыша и Енисея, и значительно меньше, чем в среднем течении Лены, на Колыме и в долинах многих сибирских рек.

Помимо золота, множество нетронутых кладов лежало в недрах земли от Уральского хребта до Тихого океана. Но бездорожье мешало не только освоению, но даже открытию этих кладов.

Только в наши дни, благодаря многолетним работам советских ученых-исследователей, стало известно, как богаты почвы и недра Сибири и Дальнего Востока.

До революции знали только, что эти земли золотоносны, и добывали здесь лишь золото. Такой драгоценный груз, вес которого исчислялся килограммами, можно было вынести из тайги на плечах. А добыть и перевезти миллионы тонн угля, железной руды и других полезных ископаемых никто не мог и мечтать. Это можно было сделать только в индустриальной, богатой стране. Ведь для того, чтобы использовать огромные богатства природы, нужно затратить много средств, приложить большую энергию, пустить в ход мощные машины, создать в глухих местах крупные промышленные предприятия; нужно построить крупные города и дорогами связать их со всей страной, как связаны друг с другом города в Европейской части нашей Родины.

За многие столетия самой обжитой областью Руси стала широкая полоса европейских лесов. На расчищенных от леса просторах люди сеяли лен, рожь, овес, разводили стада молочного скота, строили заводы и фабрики, проводили железные дороги... Казалось бы, что эта земля должна Давать населению подлинное изобилие и счастье. Но люди в поисках лучшей доли уходили отсюда на новые места — в Западную Сибирь, где лежали бескрайние массивы нетронутых целинных земель, в лесные дебри Восточной Сибири и Дальнего Востока. Однако лишь единицам из тысяч удавалось найти там лучшую долю, и огромные территории Востока оставались мало населенными.

С ранней весны до поздней осени идет лес по течению рек. Лес сплавляется в плотах и в виде огромных «сигар», одну из которых можно видеть в центре этого снимка, показывающего гигантский плот длиной  около полукилометра и шириной в 195 метров.

С ранней весны до поздней осени идет лес по течению рек. Лес сплавляется в плотах и в виде огромных «сигар», одну из которых можно видеть в центре этого снимка, показывающего гигантский плот длиной около полукилометра и шириной в 195 метров.

Даже после того, как народ стал хозяином своей страны, нелегко было приступить к освоению лесной полосы советской Азии. Для накопления сил и средств потребовалось немало времени. Сперва осваивались те богатства природы, которые лежали под руками: легче и быстрее было освоить леса европейского севера, недра Урала и подземные клады, хранившиеся в земле к западу от Уральских гор. В зеленой чаще лесов начали добывать нефть Ухты, вятско-камские фосфориты, железные руды Омутны, поваренную соль и калий Соликамска. Большую часть этих сокровищ разыскали советские геологи.

Требовалась огромная энергия, чтобы поднять и освоить такие колоссальные богатства. Для этого были построены крупные тепловые электростанции, работающие на торфе, сланцах и угле, сооружены плотины на реках и мощные гидростанции.

Первую из них стали строить вскоре после революции на р. Волхове. Затем поднялись плотины на бурных потоках Карелии, под Ленинградом, в верхнем течении Волги, на могучей Каме. Новые гидростанции построены на Волге: у села Иваньково, под Угличем и Рыбинском, близ Горького, у Куйбышева и на других водных потоках лесной полосы, которая считается по энергетическим ресурсам самой богатой из всех природных зон Советского Союза.

Уже начато строительство гидростанций па востоке страны: на Иртыше, Оби, Амуре и Ангаре поднимаются плотины крупнейших гидроэлектростанций. Мощность некоторых из них будет вдвое, втрое, вчетверо и даже впятеро больше знаменитой Днепровской гидроэлектростанции им. В. И. Ленина.

Лесная полоса страны богата и таким энергетическим сырьем, как уголь. Прежде его добывали в небольших количествах для местных нужд только под Москвой, на Урале и в Сибири. А сейчас Подмосковный бассейн дает в сто тридцать раз больше топлива, чем до революции. Кроме того, уголь добывают в Калужской, Калининской, Смоленской и Ленинградской областях. Значительно увеличилась добыча его на Урале.

Но в ближайшем будущем наибольшее количество угля начнут давать шахты Сибири, недра которой хранят более половины всех запасов угля Советского Союза.

Особенно богаты этим ценным ископаемым Тунгусский бассейн в среднем течении Енисея, Кузнецкий бассейн, на притоке Оби — р. Томи, где запасов топлива в пять раз больше, чем в Донбассе, и Черемховский бассейн близ Иркутска, на великой транссибирской магистрали. Немало угля есть также в верховьях Енисея — неподалеку от Минусинска, в районе средней Лены, на юге Восточной Сибири и в бассейне Амура.

Кузбасс уже давно называют второй угольной базой Советского Союза. Во много раз возросла мощность старого Черемховского бассейна. На сибирском угле уже работает много тепловых электростанций, а в ближайшие годы число их значительно увеличится, и энергия новых мощных станции даст возможность быстрее осваивать природные сокровища лесной зоны и побережья Тихого океана.

На рейдах, в тихих гаванях, у причалов дальневосточных портов стоят океанские корабли, пришедшие из Архангельска, Ленинграда, Мурманска, Одессы, Риги, Батуми. Огромные пароходы и теплоходы выходят отсюда в регулярные рейсы на остров Сахалин, на Курильские о-ва, в Петропавловск-Камчатский, в порты Китая, Японии, Индии, Канады, Соединенных Штатов Америки.

Моря Тихого океана богаты морским зверем и рыбой — круглый год промысловые суда доставляют ее на рыбоконсервные заводы. Тысячи рыболовецких судов — дрифтеров, сейнеров, траулеров — бороздят океанские воды. По всей стране расходятся тихоокеанская сельдь, крабы, чавыча, горбуша, кета и кетовая икра. Как и на берегах Баренцева моря, на Тихоокеанском побережье собирают морские водоросли и вырабатывают из них различные ценные продукты.

Но много природных богатств Дальнего Востока доныне не осваивается из-за нехватки людей. Только на юге Хабаровского и Приморского краев, где население многочисленнее, природные сокровища осваиваются значительно быстрее.

Растительный и животный мир этого уголка нашей Родины удивительно разнообразен. В Уссурийской тайге и на берегах Амура тесно переплетается природа севера и юга: пихты, ели, лиственницы растут рядом с белой, желтой и черной березой; маньчжурская яблоня и уссурийская груша перемежаются с зарослями акации и орешника, а под густой сенью мощных кедров и в узорчатой тени аралий растет редкое растение женьшень. В местных лесах живут северный олень и тигр, соболь и дикий кабан, а в глубине девственной тайги обитает пятнистый олень.

В более населенных местах Дальнего Востока работают прииски, рудники, заводы, фабрики, комбинаты. На берегу Охотского моря, в бухте Нагаева, вырос Магадан — центр новой огромной Магаданской области. На р. Амуре поднялся г. Комсомольск — индустриальный центр Хабаровского края. Из Спасска-Дальнего, прославленного боями советских партизан с японскими оккупантами в годы гражданской войны, идут эшелоны первоклассного цемента, из Сучана — вагоны с углем. Тетюхе дает стране цветные металлы, а на о-ве Сахалине добывают уголь и нефть, рубят лес, вырабатывают бумагу, картон, фанеру.

Чем больше труда вкладывает советский человек в свою землю, тем богаче она становится. Никто уже не жалуется на безработицу, на малоземелье, на недостаток лугов, на то, что «куренка — и того некуда выпустить». На богатых пастбищах пасутся стада рогатого скота. В лесной зоне страны производят высшие сорта сливочного масла, разводят миллионы кур, гусей, уток. Здесь цветут фруктовые сады и колосится золотистая пшеница. Клочки и полоски нищенских в прошлом крестьянских хозяйств слилось в массивы колхозных владений. Земли всем хватает, и с каждым годом ее становится все больше и больше.

Откуда же появляется «новая» земля? Она возникает на месте осушенных мелиораторами трясин и болот, на расчищенных от зарослей участках. Особенно большие площади были осушены в Белоруссии, на севере Украины, в Латвии, в западных и центральных областях РСФСР. Немало земель, густо поросших кустарником, ныне превращены в поля, на которых голубеет лен, колосятся пшеница и рожь, растет картофель.

Тысячи новых фабрик и заводов перерабатывают природные сокровища лесной полосы. Сотни новых рабочих поселков, городков и городов родились в самых глухих углах страны. Выросли и старинные русские города. Разросся близ южной границы