Зона степей


Южная граница лесов проходит через Львов — Киев — Курск — Тулу — Горький — Казань — Свердловск — Томск. Но леса не обрываются зеленым берегом, о который плещутся золотые волны степей. За сплошными лесными массивами идут перелески, рощи, дубравы. Чем дальше к югу, тем реже становятся леса. И, наконец, за отдельными островами дубрав на Русской равнине и березовых рощ в Западной Сибири расстилаются степные просторы.

Переходную полосу от Леса к степи географы называют лесостепью. Длинной лентой тянется она от Карпат до Урала, пересекает Западную Сибирь и заканчивается у Алтая. Далее лесостепная лента становится прерывистой: она то исчезает, то вновь появляется у Красноярска, под Иркутском, в Забайкалье, за Читой, в бассейне Шилки и Аргуни, порождающих великий Амур.

На острове Сахалине. В порт г. Корсакова пришел пароход с машинами и механизмами, которые помогут освоить природные богатства этого уголка Советской земли.
На острове Сахалине. В порт г. Корсакова пришел пароход с машинами и механизмами, которые помогут освоить природные богатства этого уголка Советской земли.

На 5 тыс. км простирается с запада на восток полоса плодородного чернозема. В отдельных местах ширина ее достигает 1 тыс. км. Такой черноземной площади нет ни у одной страны мира.

Плодородные просторы чернозема заняты посевами пшеницы, ячменя и сахарной свеклы, огромными плантациями кукурузы, подсолнечника, бахчами, где зреют сахарные арбузы и ароматные дыни.

С юга к чернозему примыкают каштановые почвы, цветом похожие на спелый каштан.

Южная граница степей в Европейской части Советского Союза — фруктовые сады и кудрявые виноградники. Они карабкаются по склонам Кавказского хребта и подступают к Черному морю.

Самую большую часть степной полосы занимает РСФСР; в этой зоне расположены также почти вся Украина, Молдавия и север Казахстана.

Степи запада и востока нашей страны различны по своему облику: роскошная украинская степь не похожа на серо-голубые степи Казахской ССР или на разноцветные степные просторы Западной Сибири. Однако и тут такое же приволье, тот же чудесный медвяный аромат трав и яркое солнце на почти безоблачном летом небе.

Из степных диких растений с пряными, сладкими, горьковатыми запахами добывают множество продуктов — от лекарств до ароматических масел.

Некоторые из этих растений разводят на эфиромасличных плантациях.

На юге степной зоны расположены знаменитые плантации роз. Из лепестков розы добывают масло, которое ценится чуть ли не на вес золота: ведь для получения одного килограмма розового масла нужно переработать около полутонны лепестков розы, более полумиллиона цветков.

Юг степной зоны славится своими винами — их производят на Дону и на Кубани, в предгорьях Кавказа и в Молдавии. В этой республике — ее называют «виноградной»,— так же как в соседней Украине и на Северном Кавказе, построены крупнейшие консервные заводы, где перерабатывают овощи и фрукты. Украина дает советскому народу основную массу сахара, а степное Поволжье — миллионы арбузов и дынь.

Край изобилия — лесостепь и степь — занимает почти восьмую часть территории СССР. Но именно эти края — Черноземный центр и Украину — до революции чаще всего покидали крестьяне-переселенцы, гонимые нуждой, порождаемой безземельем.

Колыбель революции — Ленинград,
Колыбель революции — Ленинград,

Непонятное на первый взгляд «безземелье» объясняется не тем, что земли было мало, а тем, что владели ею помещики и капиталисты, а не крестьяне.

До Октябрьской революции царская Россия собирала в лучшие урожайные годы около 5 млрд. пудов хлеба. Его с избытком хватило бы для всех жителей страны. Но помещики, капиталисты и кулаки вывозили свое зерно за границу, так же как сахар, масло и другие продукты. На мировом рынке русский хлеб считался самым дешевым; в Англии украинским сахаром откармливали свиней. А миллионы русских и украинских крестьян видели сахар только по большим праздникам. Особенно тяжело приходилось крестьянству в годы неурожаев, чаще всего вызываемых засухами. С каждым десятилетнем засухи учащались, крестьяне становились все беднее и беднее.

Капиталисты считали, что причина несчастий — неустойчивый климат степной полосы. Буржуазные ученые, оперируя цифрами, доказывали, что климат из года в год ухудшается. На первый взгляд это походило на правду. Но в действительности причиной бедственного положения народа был общественно-политический строй страны, а не природа.

В старину степная полоса от Днестра до Урала выглядела совсем не так, как теперь. Граница лесов проходила гораздо южнее, да и в самой степи по берегам полноводных рек было немало больших зеленых массивов. Леса хранили влагу почвы и воздуха, защищали землю от горячих суховеев, задерживали снег и драгоценную воду дождей.

Хищническое истребление лесов помещиками и капиталистами привело к тому, что снежный покров быстро исчезал под весенним солнцем, а вода бурными потоками скатывалась в реки, унося с собой самый плодородный верхний слой почвы. Потоки прокладывали на лике земли глубокие морщины — овраги. Только в четырех уездах Воронежской губернии с 1880 по 1905 г. водные потоки поглотили 50 тыс. десятин чернозема (десятина равна 1,092 га).

Уровень подпочвенных вод постепенно понижался. Реки мелели, пересыхали. Почва покрывалась трещинами, превращалась в пыль. Ветер вздымал в воздух темные тучи, порождая пылевые бури или черные вихри.

Главный проспект в Минске — столице Белоруссии.
Главный проспект в Минске — столице Белоруссии.

Земля как бы старела на глазах, хирела, оскудевала. К тому же ее истощали бедняки крестьяне, которые засевали свои клочки земли одними и теми же культурами, не удобряя почвы, не давая ей передышки. Урожайность падала из года в год, и выходило так: богач грабил землю от жадности, бедняк — от нищеты.

Уничтожение лесов иссушало землю, вызывало неурожаи, портило климат страны. Об этом писали передовые русские ученые, пытаясь остановить гибель ценных лесных массивов. Но уничтожение лесов продолжалось, как продолжается доныне в тех странах, где природными богатствами владеют дельцы-капиталисты. О вреде такого хищнического истребления лесов говорят и пишут многие ученые Америки, Великобритании, Франции, Италии, Австралии. Но к их голосам не прислушиваются те, кто заботится только о своих прибылях.

При этом капиталисты стараются всех убедить, что в оскудении природы, в голоде и нищете народных масс, в постоянной безработице виновны не капиталисты, а «лишние люди», «лишние рты», от которых можно избавиться только при помощи войны.

Таким мракобесным «теориям» нет места в нашем государстве, где все природные богатства и результаты труда человека поставлены на службу народу. Советские люди, опираясь на достижения отечественной науки, насаждают леса в степи, задерживают снег на полях, устраивают водоемы, вводят правильные севообороты и посевы трав, повышающие плодородие почвы, удобряют ее фосфором, азотом и калием.

Многое уже достигнуто нашим народом. В СССР ежегодно собирают высокие урожаи хлеба, сахарной свеклы, овощей и фруктов. Большую часть всех этих продуктов мы получаем в степной полосе. А помимо этого, она дает стране много мяса и сала.

С богатством чернозема как бы соревнуются недра степной зоны. На ее территории находится первая угольно-металлургическая база СССР, где высококалорийное топливо — антрацит Донецкого бассейна — сочетается с высококачественной железной рудой Кривого Рога. Но Донбасс дает не только уголь, а Криворожье — не только железо. Недра Донбасса богаты солью, ртутью, сырьем для производства строительных и огнеупорных материалов, а в районе Кривого Рога добывают марганец и другие полезные ископаемые.

Уголь залегает и в степном Казахстане, а недалеко от угольных месторождений, вокруг г. Элисты, лежат золотоносные земли, к востоку от них добывают свинец, цинк, серебро, олово.

Недра степей богаты и нефтью. Нефтяные вышки стоят в предгорьях Карпат и на северных склонах Кавказа, на новых промыслах Среднего Поволжья, в Башкирии и Татарии. Недра степей хранят также немало горючих газов: поволжский газ идет по трубам газопровода в Москву, Куйбышев и Саратов; карпатский газ Дашавы идет в Киев, Москву и другие города. А самым мощным месторождением природного газа является ставропольское, в степях Северного Кавказа, откуда проложены трубы газопровода для снабжения газом городов Северного Кавказа, Ростова-на-Дону, Таганрога, Курска, Воронежа, Орла, Тулы и Москвы.

В степной зоне есть фосфориты и торф, горючие сланцы и асфальт, на Украине — графит, в Крыму — соль, на Черноморском побережье и на Волге — цементное сырье, в степях Забайкалья — олово и вольфрам, свинец и железо, цинк и золото.

По запасам железной руды территория степной зоны богаче остальных зон. Наиболее известное месторождение железа — Криворожский бассейн. Но он не самый крупный в краю степей. На Крымском п-ве, близ Керчи, залежи железной руды вдвое больше, чем в Кривом Роге, и они превышают все уральские месторождения вместе взятые. А все эти месторождения —Криворожское, Керченское, уральские — кажутся небольшими в сравнении с железным кладом, который хранят недра курских степей между Щиграми, Белгородом и Новым Осколом: там магнитная стрелка склоняется к земле, где находится половина мировых запасов железа.

Значительная часть всех этих сокровищ открыта при Советской власти. Никогда прежде нефть и природный газ не добывали в Поволжье. Никто не предполагал, что в центре казахских степей появится третья угольная база страны — Карагандинский бассейн. Никто не знал об огромных залежах железных руд в Северном Казахстане.

Но можно с уверенностью сказать, что недра степей гораздо богаче, чем это известно. Открывать новые сокровища придется уже новым поколениям советских людей, которые продолжат также освоение новых земель в степях Западной Сибири, Казахстана, Южной Украины, в Крыму, на Дону, на Кубани, в Прикаспии.

Начатые работы грандиозны по своим масштабам: за три года прибывшие в пустынные степи по зову Коммунистической партии комсомольцы-новоселы подняли и освоили 36 млн. га целинных и залежных земель. Они распахали огромные степные массивы и построили сотни благоустроенных поселков; неузнаваемы стали недавно еще пустые просторы. Впереди большая работа по преобразованию природы нашей страны. И многим читателям этой книги, наверное, посчастливится принять участие в переделке природы советских степей.

Переделку облика нашей Родины можно ускорить с помощью электроэнергии, которую дают Днепрогэс, Каховская, Цимлянская, Волжская гидростанция им. В. И. Ленина и дадут гидростанции Сталинграда и Саратова, Северного Казахстана и Сибири,— ведь энергия Братской, Красноярской и других ГЭС потечет но только в лесную зону.

Особенно важную роль сыграют в ближайшие годы гигантские тепловые электростанции, работающие на газе, мазуте и дешевом угле. Энергия, получаемая на тепловых станциях, обходится дороже, чем на гидравлических, но строительство тепловых станций требует в несколько раз меньше времени, а время, как известно, дороже всего.

Степная зона Европейской части СССР кончается у берегов южных морей, где добывают много рыбы, промышляют дельфинов, дающих кожу и медицинский жир, и производят ценные химические продукты из морских водорослей.