Карл Линней


Имя Карла Линнея, знаменитого шведского натуралиста, жившего в XVIII в., знакомо каждому учащемуся. Долог и нелегок был путь, приведший к мировой славе этого ученого, горячо любившего природу.

Карл Линней
Карл Линней

С ранних лет Карл интересовался растениями и еще восьмилетним мальчиком хозяйничал на собственной грядке в отцовском саду. Любая травка привлекала его внимание, и он уделял ей времени гораздо больше, чем тетрадке и учебнику. Начальную школу Карл окончил успешно, по в гимназии ему не повезло: латынь никак не давалась. Через два года отец Карла — сельский священник — услышал от директора гимназии очень неприятные слова: Карл неприлежен, гимназия не для него; лучше, пока не поздно, обучить его какому-нибудь ремеслу. Был большой «семейный совет»: отец кричал, мать плакала, Карл с ужасом думал о предсказанной ему судьбе сапожника. Выручил друг отца — врач Ротман: он уговорил отца Карла потерпеть еще год. Ротман сумел заинтересовать Карла латынью, и тот кое-как окончил гимназический курс. На «семейном совете» решили, что Карл будет врачом, и он поступил в университет, сначала в городе Лунд, а позже — в Упсале.

Отец дал немного денег, и как ни старался Карл тратить поменьше, их хватило ненадолго. Линней голодал и чинил подметки древесной корой, но по-прежнему собирал гербарий и стремился разобраться во всем разнообразии цветков, особенно в числе и расположении их тычинок и пестиков.

Карлу было всего 23 года, когда его взял к себе в помощники один из профессоров, и студент начал учить студентов. А через два года, весной 1732 г., Линней отправился путешествовать. Упсальское научное общество предложило ему исследовать природу Лапландии — северной части Скандинавского п-ва. Денег ему дали немного — всего 60 талеров (около 90 рублей по валютному курсу того времени. — Ред.).

Но натуралист не смутился этим и тронулся в путь, взяв с собой лишь две рубашки: он пошел пешком и весь багаж тащил на своих плечах.

Линней прошел по многим местам севера Скандинавии. Он ел, что придется, чаще всего — сушеную рыбу, спал под елками и, конечно, не мог собрать больших коллекций — на себе много не унесешь. У него было много приключений: его чуть не убил разбойник, он увязал в болотах и падал с крутых склонов, его донимали комары. Но Линней был молод, здоров и увлекся порученным ему делом. Упрямый натуралист шел и шел по горам и болотам, собирая растения и образцы минералов.

По возвращении Линней напечатал свой первый труд — книгу «Флора Лапландии» и продолжал работать в университете. Тут пришла беда. У Линнея не было ученой степени, и ему запретили читать лекции. Пришлось ехать за границу — добывать степень доктора медицины. Линней поехал за докторским дипломом и через несколько лет вернулся на родину не только доктором, но и ботаником с европейским именем: он успел написать и издать за границей несколько книг, принесших ему славу.

Поначалу жизнь на родине оказалась трудной: пациентов у молодого врача не было, а слава натуралиста денег не давала. Одно время Линней даже собирался уехать в Голландию: в стране цветоводов он мог получить хорошее место как ботаник.

И вдруг — повезло, ему удалось вылечить больного, которого считали безнадежным. Теперь пришла и врачебная слава, а с ней — и пациенты. Наконец-то, после стольких лет, все пошло хорошо: была кафедра в Упсале, были студенты, были друзья и помощники чуть ли не во всех странах. Отовсюду присылали коллекции растений и животных. Вскоре Линней перестал заниматься врачебной практикой. Молодому натуралисту не по душе было лекарское дело.

Род «синица»: 1 — синяя (лазоревка); 2 — болотная (гаичка); 3 — большая; 4 — хохлатая (гренадерка); 5 — черная (московка)
Род «синица»: 1 — синяя (лазоревка); 2 — болотная (гаичка); 3 — большая; 4 — хохлатая (гренадерка); 5 — черная (московка)

В книге «Вещества медицинские» (1749) Линней описал известные ему лекарственные растения, рассказал об изготовлении из них лекарств и их применении. Большим успехом пользовались его лекции о врачебном питании и гигиене. Надо с благодарностью вспоминать, что Линней был изобретателем термометра, который мы знаем под неверным названием «термометра Цельсия».

Еще будучи студентом, Линней приносил домой сотни цветков: внимательно рассматривал их, подсчитывал тычинки и пестики. Через 25 лет, в 1753 г., он опубликовал свою знаменитую «Систему растений».

Весь растительный мир Линней разделил на 24 класса. К последнему, 24-му классу («тайнобрачные»), он отнес все те растения, у которых нет цветка: папоротники, хвощи, плауны, мхи, лишайники, грибы, водоросли, т. е. так называемые споровые растения. Первые 23 класса охватывали цветковые растения. Линней распределил в этих классах все известные ему виды, рассортировав их по числу, форме и расположению тычинок. Так, в 1-й класс («однотычинковые») попали растения с одной тычинкой, в 5-й — с пятью, в 10-й — с десятью тычинками. В 14-м классе («двусильные») значились растения, у которых две тычинки длинные, а две — короткие (шалфей, мята, глухая крапива и другие губоцветные); в 17-м («двубратственные») — растения, у которых из десяти тычинок девять срослись своими нитями, а одна — свободная (большинство мотыльковых); 21-й класс охватывал однодомные растения—в цветке только тычинки или только пестики (дуб, береза, крапива), а 22-й объединял двудомные растения — на одном растении цветки только тычиночные, на другом — только пестичные (ивы, осина, можжевельник). Это была очень простая и удобная система — поглядел на цветок, рассмотрел тычинки и узнал, к какому классу принадлежит растение. А классы разделены на «порядки» тоже с очень простыми признаками: число пестиков, строение плодов.

Система эта была, однако, совершенно искусственной. В ее основу Линней положил не родство растений, а несколько внешних, наиболее удобных признаков. К 13-му классу, например, он отнес растения с многочисленными тычинками, прикрепленными к цветоложу, и у него в одном классе оказались столь несхожие растения, как лютик и мак, липа и кувшинка. В 5-м классе (5 тычинок) встретились морковь, лен, лебеда, колокольчик, незабудка, смородина, калина. В 21-м классе («однодомные») рядом с ряской значились осоки, береза, дуб, крапива, и даже ель и сосна. Брусника, похожая на нее толокнянка, черника — двоюродные сестры, но попали в разные классы, так как число тычинок у них различно.

Карл Линней в Лапландии. (Гравюра Е. О. Бургункера.)
Карл Линней в Лапландии. (Гравюра Е. О. Бургункера.)

Искусственность классификации «по тычинкам» во многих случаях так очевидна, что ее нельзя не заметить. Линней был прирожденным классификатором, но изучал растения не только по пыльным гербариям. Он знал их живыми в природе и поэтому начал вносить кое-какие изменения в свою систему, перемещал некоторые из растений в другие классы. Хотя его система от этого очень мало улучшилась, она просуществовала не один десяток лет. При всех своих недочетах линнеевская система растений позволяла легко разбираться в том огромном количестве видов, которое уже стало известно науке. Будь Линней только врачом, пусть и знаменитым, никто бы не вспомнил о нем даже полсотни лет спустя. Но весь мир знает Линнея — ботаника. Он назвал и описал около десяти тысяч видов растений, разработал систему растений, которая стала основой для развития биологической систематики.

Он ввел в науку так называемую бинарную номенклатуру — научное наименование растений и животных. Бинарная номенклатура сводится к следующему: каждому виду животного или растения дается только одному ему свойственное научное название. Это название обязательно состоит из двух слов: родового названия (имя существительное) и видового (обычно имя прилагательное).

Так, например, в роде синица насчитывается около десятка видов. В переводе на русский язык научные латинские названия наших обычных синиц будут такие (в скобках проставлены русские народные наименования): синица большая, синица синяя (лазоревка), синица хохлатая (гренадерка), синица болотная (гаичка, пухляк), синица черная (московка, малая синица).

Слово «синица» — родовое название, а слова «большая», «синяя» и т. д. — названия видов.

То же и среди растений. Род лютик состоит из многих видов: лютик едкий, лютик языковый, лютик золотистый, лютик ядовитый, лютик ползучий и т. д.

Название, данное какому-нибудь виду, постоянно. Оно не может быть заменено другим, и кто бы ни писал об этом виде, должен называть его именно так, а не иначе. В одном роде не может быть одинаковых названий для двух видов. Не может быть и двух одинаковых названий для разных родов. Можно сказать, что название рода — это фамилия, а название вида — имя. Однофамильцев быть не должно, а в пределах одной фамилии не допускаются два одинаковых имени.

Дронт. Назван и описан Линнеем. В конце XVII в. полностью истреблен
Дронт. Назван и описан Линнеем. В конце XVII в. полностью истреблен

Теперь нам эти правила кажутся совсем простыми. А вот до Линнея никто из ученых не сумел их составить, а главное — провести в жизнь. Бинарная номенклатура упростила узнавание научных названий животных и растений. Она же устранила невероятную путаницу, которая была до тех пор, — натуралисты часто называли по-разному одно и то же животное.

Линней составил классификацию животных и растений. Он объединил близкие виды в общие роды. Но если распределить всех животных и растения только по родам, то разобраться во множестве родов будет все же очень трудно. Линней объединил схожие роды в отряды и классы. Так, например, всех животных, покрытых перьями и откладывающих яйца, он соединил в один класс птиц. Животных Линней распределил по шести классам, причем для беспозвоночных отвел только два класса: в один попали членистоногие, в другой, названный им «Черви», — и моллюски, и кораллы, и медузы, и инфузории, и морские ежи, и всевозможные черви.

Когда пришлось писать о человекообразных обезьянах, Линней заметил у них много общих признаков с человеком. Он объединил человека и обезьян в одну группу, назвал ее «приматами» («князьями») и поставил их во главе класса млекопитающих. Линней не считал человека кровной родней обезьян, он просто нашел между ними большое внешнее сходство.

Не будучи уж очень последовательным сторонником церковного учения о сотворении животных и растений, Линней не был и эволюционистом. Современные нам виды растений, по его мнению, не созданы богом — они порождены природой, но исходные формы — предков, из которых образовались отряды, — создал бог. Линней даже указал число этих «сотворенных богом» растений: их было, по его мнению, 116 — по числу отрядов.

В те времена натуралист изучал всю природу: растения и животных, минералы и «окаменелости», горные породы и почвы. Линней был не только ботаником и зоологом, он занимался и минералами, и рудами, изучал пещеры и минеральные источники, описывал древнейших раков — трилобитов и ископаемые кораллы. Систематик по складу ума, он составил классификацию минералов и кристаллов, а как «практик» сделал многое для развития горного дела, для поисков полезных ископаемых.

Линнея знал весь ученый мир, и к нему приезжали учиться изо всех стран. Среди учеников Линнея были и русские. В архиве Московского университета есть аттестат, который Линней дал своему ученику Афонину — впоследствии профессору Московского университета (конец XVIII в.).

Свою «Систему природы» Линней опубликовал, когда ему было 28 лет. С тех пор он всю жизнь работал над ней. и переиздал ее 12 раз.

Первое издание было совсем тоненькой книжкой, а двенадцатое — тремя толстыми томами.

В своих книгах Линней описал около 4200 видов животных. Теперь мы знаем около полутора миллионов видов.