Шестая часть мира


Когда говорят о просторах и природных богатствах нашей строящей коммунизм Родины, чаще всего произносят Слова: «необозримые», «бескрайние», «неисчислимые», «несметные»... Эти определения довольно точно выражают истинное положение вещей.

Начнем с территории.

Советский Союз занимает одну шестую обитаемой суши. Населенная часть Земли не превышает 135 млн. км2. Из них более 22 млн. км2 принадлежит советскому народу.

Двенадцать морей, образуемых водами трех океанов, и двенадцать государств Европы и Азии окружают нашу Советскую Родину. Если бы мы могли подняться и пролететь над ней, как первые в мире космонавты, то увидели бы, что наша страна как бы разделяется на две части. Каждая из них по площади превосходит Европу. И у каждой есть свои характерные черты. Одна половина — от западных границ до р. Енисея — это равнина, окаймленная с юго-запада Карпатами, а с юга — горами Крыма, Кавказа, Копет-Дага, Памира, Тянь-Шаня и Алтая. В центре этой равнины почти по меридиану тянется на две с лишним тысячи километров невысокая гряда Уральских гор — условная граница Европы и Азии.

У другой половины страны — от Енисея до Тихого океана — совсем иной облик. Здесь преобладают возвышенности: гигантское плоскогорье между Енисеем и Леной, длиннейшие горные цепи между Леной и Колымой, грандиозные вулканы на Камчатке, древний хребет Сихотэ-Алинь в Приморье. С вершин этого поросшего густыми лесами хребта виден Тихий океан.

На 11 с лишним тысяч километров простирается с востока на запад Советский Союз. Солнце восходит над восточными его рубежами в тот час, когда небо на западных границах еще усеяно звездами. А когда на западе вечер, на дальневосточных окраинах брезжит рассвет. Вот почему говорят, что над Советским Союзом никогда не заходит солнце.

Более чем 4,5 тыс. км между самой северной и самой южной точками Советской страны. По гигантским ее просторам проходят все климатические пояса, кроме тропического. Но большая часть нашей территории расположена в зоне умеренного климата.

На западе климат смягчен теплым течением Атлантики. Поэтому самые северные наши гавани на Кольском п-ове никогда не замерзают, поэтому и зима в наших западных, прибалтийских республиках мягкая, лето нежаркое, а дожди идут часто.

А чем дальше к востоку, чем дальше от морей в глубь материка, тем суше, континентальней становится климат, тем резче переходы от зноя к холоду, от зимы к лету.

Зима в центральных районах нашей страны более сурова, а лето более знойно и осадков меньше, чем в приморских.

В степях Заволжья, в полупустынях Казахстана, в оазисах Средней Азии, удаленных от влажного дыхания океанов, небо почти круглый год ясное и синее, зимы малоснежные, лето сухое и жаркое.

А на берегу Черного моря, в долине р. Риони, выпадает за год столько осадков, сколько в степях Закаспия не наберется за многие десятилетия.

Много осадков и на побережье Тихого океана, особенно в Приморье и на Южном Сахалине. Случается, что снег заваливает здесь дома до самых крыш и жителям, чтобы выбраться наружу, приходится прокладывать в сугробах глубокие траншеи.

Колоссальная протяженность территории Советского Союза с запада на восток и с севера на юг создает удивительное разнообразие условий жизни. Когда на юге советской земли уже ослепительно светит жаркое весеннее солнце, на крайнем севере трещат лютые морозы. А когда в Среднеазиатских и Закавказских республиках начинается сбор богатого урожая, на побережье Ледовитого океана приходит робкая весна.

Многообразием климатических условий объясняется богатство растительного и животного мира нашей страны. Здесь растут ели и лотосы, мандарины и клюква, береза и финиковая пальма.

На ее просторах можно встретить белого медведя и полосатого тигра, песца и яка, моржа и пятнистого оленя, полярную птичку пуночку и розовоперого фламинго.

Ни одна страна земного шара по богатству и разнообразию пейзажей не может сравниться с нашей Родиной.

Пожалуй, нигде так не ощущается безграничность просторов нашей земли, как на крайнем севере, в ровной, необозримой тундре, занимающей более 1/10 всей территории Советского Союза. Тундра Кольского п-ова непохожа на тундру Чукотки, побережье Европейского Севера или Западной Сибири — на побережье Якутии. Даже небо над этими тундрами разное, но повсюду удивительное по краскам и оттенкам. Такую игру чистых цветов — зеленого, красного, голубого, желтого, такую нежную радужную гамму можно наблюдать только на севере. Где еще можно увидеть восход солнца в полночь или круглосуточный день, когда солнечный диск ходит над горизонтом по кругу два или три месяца? А сказочное северное сияние! Трудно представить себе что-либо более прекрасное, чем это чудесное явление природы, рождающееся во мраке глубокой полярной ночи.

Ощущение бескрайности исчезает, когда попадаешь в зону лесов: густая чаща скрывает от глаз не только далекий горизонт, но и самое небо. А из кабины самолета или с высоты горного кряжа лес кажется огромным темно-зеленым океаном, которому нет ни конца, ни края. Но океан этот тоже неоднообразен. Низкорослые леса в зоне вечной мерзлоты совсем непохожи на могучие хвойные массивы, а они в свою очередь разнятся друг от друга — лохматые ели, стройные мачтовые сосны, могучие кедры... И совсем иной облик у лесов, расположенных ближе к югу.

Это почувствуешь даже с закрытыми глазами. В суровых северных лесах царствует торжественная тишина, а у южных лесов характер более общительный — они говорливы, шумны, веселы. Малейшее дуновение ветерка приводит в движение темную листву мощных дубов, нежно-зеленые кроны белоствольных берез, яркие, будто всегда озаренные солнцем клены, раскидистые липы, и лес наполняется шорохом, шелестом, лепетом... А какое обилие красок в этих лесах, когда они меняют свой летний наряд на осенний и стоят в золотистожелтых, оранжевых, багряно-красных или блекло-зеленых одеждах! Да и весной внимательный глаз различит десятки оттенков одного и того же зеленого цвета — от нежносалатного до темно-изумрудного. Красоту среднерусских лесов тонко чувствовали наши замечательные художники и писатели. Посмотрите полотна Левитана и Поленова, перечитайте проникновенные рассказы Тургенева, Пришвина, Паустовского...

Леса Литвы и Белоруссии, Западной Украины и Молдавии несхожи с лесами Карелии, Средней России или Урала, и те и другие непохожи на леса Киргизии, Узбекистана или Грузии. А за много тысяч километров отсюда, на Тихоокеанском берегу, лианы оплетают своими цепкими жгутами деревья разных географических зон — крайнего севера нашей страны и южных районов Китая, Кореи, Японии.

Бесконечно разнообразие лесов, занимающих почти половину территории Советского Союза.

Наши степи, широкой полосой протянувшиеся на 5 с лишним тыс. км с запада на восток, похожи одна на другую только своим привольем и необозримыми масштабами. Украинская степь, воспетая Гоголем и Чеховым, имеет свой особый характер, отличный от донской, кубанской, заволжской, западносибирской или казахстанской. У каждой из них свои черты, своя окраска, свой аромат! Вспомните донскую степь, описанную Шолоховым, или целинную степь Казахстана в романах Ауэзова...

А разве пустыни, пока еще занимающие почти восьмую часть советской земли, похожи друг на друга? Одна пустыня песчаная, а другая — лёссовая, каменистая или глинистая; различны их рельеф, растительность и животный мир.

Точно так же и моря отличаются одно от другого не только своими названиями. Суровое Баренцево море непохоже на серебристо-жемчужную Балтику, а у холодного Белого моря очень мало сходства с лазурными южными морями. И совсем иное Охотское или Карское... Каждое море удивительно многолико и многокрасочно: оно может быть ласковым и грозным, веселым, добрым и жестоким... Чудесный художник Айвазовский, всю свою жизнь писавший Черное море, в тысячах картин так и не исчерпал всех его обликов.

А как разнообразны горные пейзажи нашей страны! Величественные и суровые горы Кавказа, воспетые Лермонтовым, совсем не похожи на зеленые Карпаты, а древний разрушенный временем Урал — на малодоступный Памир. Но нередко в долинах Карпат можно встретить типичные уголки Южного Крыма или дальневосточного Сихотэ-Алиня, а на трудных дорогах Памира или горных кручах Алтая вдруг откроется пейзаж, будто перенесенный с далекого Кавказа.

Больше всего поражают воображение человека огромные масштабы, какими приходится измерять владения советского народа. Любая географическая зона нашей страны, кроме субтропической, — это миллионы квадратных километров; расстояния между отдаленными пунктами нашей Родины — это многие тысячи километров; общая протяженность рек — это сотни тысяч километров!