Битва под Москвой


Все лето 1941 г. на огромном фронте, ни на один день не затихая, шли напряженные, кровопролитные сражения. Наши войска стремились задержать наступавших фашистских захватчиков. Советские воины дрались с беспримерным мужеством, стойкостью и отвагой.

... 17 июля 1941 г. немецкая танковая колонна двигалась по Московско-Варшавскому шоссе. Вдруг ожила замаскированная в кустах пушка. Первыми же выстрелами были подожжены одновременно головной танк и замыкающая бронемашина. Колонна остановилась. Свернуть с шоссе фашистские машины не могли: по сторонам тянулось болото. А пушка, не умолкая ни на минуту, вела точный и частый огонь. Длинная вереница танков и бронетранспортеров запылала. Сквозь черный дым, окутавший колонну, немцы наугад стреляли по советскому орудию. Несколько машин сползли с шоссе, но тут же увязли в трясине. Немецким автоматчикам удалось пробраться через мост. И тут они увидели, что целую танковую колонну разгромил лишь один раненый советский воин. Немцы окружили артиллериста. Он дрался до последнего патрона...

У моста догорали немецкие танки и бронетранспортеры, а в соседней роще фашисты рыли могилы для 57 своих солдат и офицеров, убитых одним русским артиллеристом. Около разбитой пушки столпились гитлеровские солдаты: они с удивлением смотрели на погибшего русского богатыря.

Лишь недавно стало известно имя героя. Это был старший сержант Николай Сиротинин, уроженец г. Орла, сын паровозного машиниста.

К концу сентября 1941 г. фашисты понесли огромные потери и были остановлены под Ленинградом, восточнее Смоленска, под Харьковом, в районе нижнего течения Днепра и на Перекопском перешейке. Тогда гитлеровское командование решило сконцентрировать свои усилия на наиболее важных направлениях. Центральное место в его плане отводилось захвату нашей столицы — Москвы. На этот участок фронта гитлеровцы спешно подтянули свои резервы. К исходу сентября на московском направлении противник сосредоточил более миллиона человек и свыше 2 тыс. танков. Для поддержки наступления наземных войск было выделено около 1000 самолетов.

Фашисты были настолько уверены в успехе наступления, что заранее разработали даже план уничтожения Москвы. На совещании в штабе группы армий «Центр» Гитлер приказал: «Город должен быть окружен так, чтобы ни один русский солдат, ни один его житель — будь то мужчина, женщина или ребенок — не мог его покинуть... Произведены необходимые приготовления, чтобы Москва и ее окрестности были затоплены водой. Там, где стоит сегодня Москва, должно возникнуть огромное море, которое навсегда скроет от цивилизованного мира столицу русского народа».

ТАРАН ВИКТОРА ТАЛАЛИХИНА

В ночь на 7 августа 1941 г. летчик-комсомолец Виктор Талалихин нес боевую вахту, охраняя воздушные подступы к Москве. Из-за леса выплыл немецкий бомбардировщик. Виктор немедленно атаковал врага. Один из моторов «хейнкеля» загорелся. Талалихин повторял атаки, но боеприпасы кончились. Казалось, что врагам удастся уйти безнаказанно. Внезапно вражеская пуля обожгла правую руку советского пилота. Однако Талалихин, управляя левой рукой, сумел протаранить «хейнкель». Фашистский бомбардировщик со всем своим экипажем нашел гибель на советской земле. От страшного удара истребитель Талалихина перевернулся. Военный летчик выбросился с парашютом и благополучно приземлился.

Это был первый воздушный таран в небе Москвы. Виктору Талалихину было присвоено звание Героя Советского Союза. Впоследствии он участвовал во многих воздушных боях и погиб смертью храбрых, защищая столицу Советской страны.

Наше Верховное главнокомандование также считало московское (западное) направление решающим и стало собирать здесь крупные военные силы. К концу сентября на этом фронте было сосредоточено до 40% всех советских войск, действовавших между Балтийским и Черным морями. На подступах к столице быстро сооружались оборонительные полосы. Огромную помощь воинским частям оказывало население.

Боевой дух наших войск был высок, но тяжелые бои сильно измотали многие дивизии, занимавшие оборонительные рубежи. Не хватало людей, боеприпасов, танков, самолетов, артиллерии, особенно противотанковой.

30 сентября южнее и севернее Смоленска гитлеровцы двинулись в новое наступление. Им удалось прорвать фронт. Немецко-фашистские войска вторглись в пределы Московской области. Над столицей нашей Родины нависла серьезная опасность. Гитлеровское радио уже кричало на весь мир о разгроме Советской Армии. Но торжество было преждевременным.

19 октября Государственный Комитет обороны призвал трудящихся столицы к героической обороне. «Драться за Москву упорно, ожесточенно, до последней капли крови» — таким было внутреннее решение каждого москвича, каждого советского человека.

Стремясь подорвать дух защитников Москвы, гитлеровцы усилили воздушные налеты на город. С 22 июля почти каждую ночь фашистское командование бросало на нашу столицу по 200 — 300 бомбардировщиков. Но враг не стал хозяином московского неба. Были дни, когда наши

летчики сбивали по 30—40 фашистских стервятников. Здесь, под Москвой, советские летчики не раз применяли так называемый воздушный таран — когда у них кончались боеприпасы, они своим самолетом таранили фашистские машины. Серьезный уран наносили врагу и зенитчики.

Трудно и напряженно жила в эти дни настороженная, посуровевшая Москва. Значительная часть столичных предприятий была эвакуирована на восток. В тыловые районы страны были перевезены сотни тысяч детей, женщин, стариков. Многие рабочие и служащие столицы ушли на фронт. Фабрики и заводы Москвы делали оружие, боеприпасы и снаряжение для фронта.

6 ноября 1941 г., в канун 24-й годовщины Великого Октября, в подземном зале станции метро «Маяковская» проходило традиционное торжественное заседание Московского Совета с представителями общественных организацией А на следующий день, 7 ноября, в пасмурное утро ранней зимы на Красной площади состоялся военный парад. Пройдя мимо Мавзолея В. И. Ленина, воины отправились прямо на передовые позиции.

После короткой передышки гитлеровцы решили нанести защитникам Москвы еще один удар. 15—16 ноября они бросили в наступление 51 дивизию. Фашистское командование стремилось обойти нашу столицу с флангов, зажать ее в танковые «клещи».

...На левом фланге одного из полков дивизии генерала Панфилова, у разъезда Дубосеково, группа бойцов во главе с политруком Клочковым-Диевым отбивала атаки танков и пехоты врага. «Велика Россия, а отступать некуда: позади Москва!» — сказал своим войнам политрук. И двадцать восемь героев не дрогнули. Они до конца выполнили свой долг перед Отчизной, Герои-панфиловцы на несколько часов задержали врага у разъезда и дали возможность своим однополчанам занять в глубине обороны новые, удобные позиции.

Бои под Москвой продолжались два месяца. Дважды гитлеровцы предпринимали «генеральные» штурмы нашей столицы. Они бросали в бой десятки дивизий, тысячи танков и самолетов. Но сломить стойкость Советской Армии так и не смогли. А наше командование тем временем исподволь сосредоточивало силы для нанесения мощных контрударов по захватчикам.

По приказу Ставки Верховного главнокомандования наши войска перешли 6 декабря в контрнаступление.

Момент для перехода в контрнаступление был выбран исключительно удачно. Наступательный порыв гитлеровских войск к началу декабря уже полностью иссяк. Резервов, которые можно было быстро подбросить на опасные участки, у фашистских генералов под рукой не оказалось.

Гитлеровцы, не ожидавшие наступления Советской Армии, все же оказывали упорное сопротивление. Однако в первый же день сражения советские войска взломали оборону противника на ряде участков фронта и, не давая врагу опомниться, погнали его от столицы нашей Родины.

К концу марта 1942 г. Советская Армия очистила от врага всю Московскую и Тульскую, а также значительную часть Калининской и Смоленской областей.

Разгром немецко-фашистских войск под Москвой стал решающим событием первого года войны и первым крупным поражением гитлеровцев во второй мировой войне. Этот удар навсегда развеял созданную фашистами легенду о непобедимости их армий.