Великая битва на Волге


В конце июня 1942 г. фашистская армия начала второе общее наступление. На этот раз—в южной части фронта, от Брянска до Азовского моря. Враги стремились овладеть Доном и Кавказом с его нефтью, перейти Волгу, отрезать Москву и центр нашей страны от бакинской нефти, от хлеба Кубани и Северного Кавказа.

ДРУЖБА, ПРОВЕРЕННАЯ В СРАЖЕНИИ

Северная окраина Волгограда. Перекресток двух улиц. На углу двухэтажный кирпичный особняк. Два пулеметчика — бывший токарь Минского машиностроительного завода, великан и силач Михаил Начинкин и бывший молдавский колхозник, маленький и хрупкий Юрко Таракуль — заняли этот дом. Уж очень он был удобен для пулеметной засады.

Начинкин и Таракуль не успели подготовить огневые точки. Двум солдатам пришлось раньше начать неравный бой с целым батальоном врага. Атаку за атакой отбивали советские воины. Улицы усеяли трупы фашистов. Не помогли гитлеровцам и минометы, долгие 40 минут обстреливавшие дом.

Немцы решили, что особняк, запиравший путь к центру города, защищает целый отряд.

Подтянули орудия и стали палить фугасными снарядами. Но из развалин, из разбитых окон по-прежнему строчили пулеметы, неслись хриплые крики защитников:

— Врете, жив минский токарь Начинкин!

— Жив молдавский колхозник Таракуль!

Но вот Начинкина тяжело ранило осколками в обе ноги. Таракуль остался один. Не дрогнул молдаванин; с неимоверными трудностями перетащил он в подвал раненого великана. Здесь он оборудовал новые пулеметные гнезда в отдушинах. Полуразрушенный дом-крепость продолжал сражение.

Неравный бой длился двое суток. Ни минометы, ни артиллерия, ни пришедшая на помощь гитлеровцам стрелковая часть не сломили двух советских пулеметчиков. На третьи сутки немцы вызвали авиацию. Пикирующие бомбардировщики стерли с лица земли все, что еще оставалось. Но массивные своды подвала не рушились.

Оглушенные взрывами, раненые, обессиленные трехдневным бессонным боем, без пищи и воды, пулеметчики оказались отрезанными от мира.

— Что делать, Михаил? — спросил Таракуль.

— Драться! Пока живы, только драться, — ответил истекающий кровью Начинкин.

У них не было воды, и они слизывали иней с промерзших стен подвала. Давно уже съели они последний сухарь из неприкосновенного запаса. Нестерпимо горели раны... Минский рабочий Начинкин и молдавский колхозник Таракуль стояли насмерть!

На шестые сутки их выручила подоспевшая родная рота...

Фашисты создали здесь, на юге, большое превосходство в силах и прорвали оборону наших войск. Бронированные колонны гитлеровцев устремились к Волге. 17 июля здесь начались тяжелые и упорные сражения. В боевых действиях на отдельных этапах с обеих сторон одновременно участвовало более 2 млн. человек, 2 тыс. танков, до 25 тыс. орудий.

Наша армия, занимавшая здесь оборону протяженностью в 510 км, по численности и оснащению уступала немецко-фашистским войскам. Создалось очень тяжелое положение. От имени Отчизны, от имени всего народа Центральный Комитет Коммунистической партии поставил перед нашими воинами задачу: «Ни шагу назад!» Этот призыв нашел широкий отклик в сердцах советских людей и имел огромное мобилизующее значение.

В августе на Сталинградском направлении оборонялись войска двух фронтов — Сталинградского и Юго-Восточного. Чтобы обеспечить взаимодействие между ними, наше Верховное главнокомандование подчинило их генералу А. И. Еременко. Членом Военного совета этих фронтов был Н. С. Хрущев.

Гитлеровское командование делало все, чтобы сломить сопротивление Советской Армии. Оно перебросило к героически сопротивлявшемуся городу на Волге крупные резервы. Каждый день до тысячи бомбардировщиков сбрасывали смертельный груз на пылающий город. После напряженных боев 6-й немецкой армии удалось прорваться к Волге севернее города. Фронт наших войск был разрезан, вскоре немецкие танки и автоматчики вышли к тракторному заводу.

Тогда советское командование бросило в бой последние резервы — курсантов военного училища и батальоны народного ополчения, в которые вступили сто двадцать пять тысяч жителей города — все, кто способен был носить оружие. На северной окраине города фашисты были остановлены, а затем отброшены на три километра. К этому времени успели подойти наши новые резервы.

Утром 13 сентября гитлеровцы снова начали штурм. Они ввели в бой тринадцать дивизий, подняли в воздух сотни самолетов. Фашистам удалось прорвать оборону и выйти в центральную часть города. 14 сентября гитлеровцы захватили Мамаев курган, господствующий над городом.

На помощь защитникам города подоспела только что переправившаяся через Волгу 13-я гвардейская дивизия. Гвардейцы решительно атаковали немцев и 16 сентября вновь овладели Мамаевым курганом. Ожесточенные бои развернулись в районе вокзала, который несколько раз переходил из рук в руки.

О ПОВЕДЕНИИ КОМСОМОЛЬЦЕВ В БОЮ

Протокол комсомольского собрания одного из воинских подразделений. Конец сентября 1942 г.

Слушали. О поведении комсомольцев в бою.

Постановили. В окопе лучше умереть, но не уйти с позором. И не только самому не уйти, но делать так, чтобы и сосед не ушел.

Вопрос к докладчику. Существуют ли уважительные причины ухода с огневой позиции?

Ответ. Из всех оправдательных причин только одна будет приниматься во внимание — смерть.

Ввиду начавшейся 12-й за день контратаки немцев докладчик от заключительного слова отказался. В конце собрания для справки взял слово командир роты. Он сказал:

— Я должен внести ясность в выступление комсорга. Он много говорил здесь о смерти и сказал, что Родина требует от нас смерти во имя победы. Он, конечно, не точно выразился. Родина требует от нас победы, а не смерти. Да, кое-кто не вернется живым с поля боя — на то и война. Герой тот, кто умно и храбро умер, приблизив час победы. Но дважды герой тот, кто сумел победить врага и остался жив.

Вспоминая эти тяжелые дни, В. И. Чуйков, ныне маршал Советского Союза, писал: «К середине октября сражение... достигло такого размаха, какого еще не знала история войн... Немецко-фашистское командование подтянуло к городу еще три свежие дивизии, создало сильную ударную группировку... Количество самолетовылетов противника и раньше ежедневно превышало тысячу, а 14 октября достигло рекордной цифры — 2540. Вокруг все горело. Вражеская артиллерия и авиация подожгли нефтебаки. Разлилась горящая нефть. Пламя поднималось до 800 метров. Горела земля... Горела Волга...

Гитлеровцы предпринимали одну атаку за другой. Казалось, не только земля, но и небо содрогалось от разрывов бомб, мин, снарядов... Облака пыли и дыма заслоняли солнце, превращая день в ночь. Казалось, что все живое должно было погибнуть среди этого моря огня, среди непрекращающихся бомбежек, что человеческие нервы больше не способны выдержать этого адского напряжения. Но воины... выдержали. Несокрушимой стеной стояли на своих рубежах».

В городе дрались за каждый квартал, за каждый дом. Ставший легендарным «дом Павлова» немцы штурмовали много раз. Но горсточка его защитников во главе с сержантом Яковом Павловым (ему было присвоено звание Героя Советского Союза) отстаивала каждую лестницу и не сдала свой рубеж!..

А в это время наше Верховное главнокомандование сосредоточивало на флангах фашистской группировки крупные силы. Северо-западнее и южнее города были стянуты скрыто подвезенные свежие стрелковые и танковые части, много артиллерии. Они ждали только приказа о наступлении. И приказ пришел! В первый же день (19 ноября) оборона противника была прорвана советскими войсками под командованием генерала К. К. Рокосовского и генерала Н. Ф. Ватутина. Вскоре в окружение попали два вражеских корпуса. Часть их была уничтожена, а часть (27 тыс. человек) сдалась в плен.

В 16 часов 23 ноября передовые части Юго-Западного и Сталинградского фронтов соединились в глубоком тылу врага. В окружение попали 20 немецких и 2 румынские дивизии и много других частей, штабов и тыловых учреждений — всего 330 тыс. человек.

В декабре гитлеровское командование предприняло попытки прорвать кольцо окружения извне. Крупная танковая группировка рвалась к городу с юго-запада. Ей удалось приблизиться к городу. Но на ее пути стала свежая 2-я гвардейская армия генерала Р. Я. Малиновского. Все попытки гитлеровцев выручить окруженных были отбиты нашими войсками.

16 декабря началось новое наступление. Было взято в плен 60 тыс. солдат и офицеров, захвачены богатые трофеи. Противник, пытавшийся освободить свою окруженную группировку, был отброшен далеко от города.

Стремясь избежать излишнего кровопролития, наше командование 8 января предложило окруженным войскам сдаться. Всем были обещаны жизнь и возвращение на родину после окончания войны. Командующий окруженной группировкой Паулюс запросил Гитлера. Тот, вопреки здравому смыслу, приказал держаться. Паулюс подчинился этому приказу, хотя понимал обреченность своих войск.

Тогда наши войска начали наступление. Вскоре окруженная группировка была расчленена на две части. С этого времени немецкие солдаты и офицеры стали большими группами сдаваться в плен. 31 января было сломлено сопротивление врага в южной части города и захвачен в плен сам Паулюс со своим штабом. 2 февраля капитулировали последние остатки окруженных войск. Над разрушенным фашистами героическим городом воцарилась тишина.

Великая битва на Волге закончилась блестящей победой советских войск. Эта победа положила начало коренному перелому в ходе Великой Отечественной войны и в ходе всей второй мировой войны. Инициатива в военных действиях была вырвана из рук гитлеровцев. Победа на Волге имела огромное политическое значение. Весь мир понял: гитлеризм будет уничтожен, победа не за горами. Усилилось народно-освободительное движение в Польше, Чехословакии, Югославии, Греции, Италии и других странах. Крепла и развивалась борьба против немецко-фашистских захватчиков и японских империалистов.