Алжир


У обрывистых скал гористого берега плещутся сине-зеленые волны Средиземного моря. Над лесистыми склонами невысоких прибрежных гор поднимаются отдельные вершины-великаны, окутанные седым туманом. Изредка перед глазами путешественника возникают чаши заливов. На их берегах среди зелени садов и рощ белеют амфитеатры городов, сверкают на солнце купола мечетей и высятся стройные минареты.

Это — Алжир, одна из самых больших стран Африки. Его площадь — 2382 тыс. км2, население — 10,5 млн. человек. Подавляющее большинство коренных жителей страны — арабы и берберы, называющие себя алжирцами. В основном это феллахи-земледельцы, кочевники-скотоводы, ремесленники и рабочие. Французские колонизаторы приступили к завоеванию Алжира в 1830 г. Сейчас в Алжире — свыше 1 млн. европейцев, главным образом французов.

Столица страны — г. Алжир.

На карте эта страна напоминает неправильный четырехугольник, расположенный между Тунисом и Марокко, в средней части «Джезирата эль-Магриба», т. е. «Острова запада». (Так арабы называют громадный выступ на севере Африки, который омывается Средиземным морем и Атлантическим океаном.) Территория Алжира тянется от побережья до сердца великой пустыни Сахары.

Если подняться на одну из вершин прибрежной цепи Атласских гор, то открывается панорама Телля («Холмов»). Среди волнистых горных хребтов — то легких, воздушных, тонущих в голубоватой дымке, то серых и угрюмых—лежат широкие долины и плато с виноградниками, оливковыми рощами, фруктовыми садами и посевами пшеницы. Поля то огромные, необозримые, почти без межей и дорог, то маленькие, кажущиеся клетками гигантской шахматной доски.

Западная часть Телля — это невысокие горы, восточная — беспорядочное нагромождение мощных хребтов и отвесных скал. Каменные террасы, склоны гор и ущелья заросли лесом и непроходимым кустарником. В ущельях среди зарослей олеандров шумят быстрые горные потоки. Каменистые вершины покрыты короткой и жесткой травой, серым лишайником и колючим мхом. Кое-где видны отдельные кедры; низкие и коренастые, они стойко сопротивляются зною, ветрам, дождям и снегу.

По склонам и на вершинах гор лепятся селения, похожие издали на груды камней. Иногда селения расположены так близко друг от друга, что с холма можно увидеть сразу 10—15 деревень. В них живут алжирцы-феллахи, вытесненные из плодородных долин в горы нашествием французских переселенцев колонистов. Поля феллахов изрезаны оврагами, посевы карабкаются по обрывистым склонам или ютятся у подножия скал. Хозяйство крестьянина обычно очень скромное: один или два осла, иногда еще и мул или верблюд, у более состоятельных— одна-две коровы. Лишь немногие счастливцы имеют собственные крохотные земельные участки. Чаще всего феллах, чтобы прокормить семью, вынужден арендовать землю на кабальных условиях или идти в батраки к французским колонистам.

Всего немногим более 25 тыс. колонистских хозяйств владеет почти 3 млн. га земель из 10— 11 млн. га, пригодных для земледелия. Они захватили их в наиболее плодородных районах страны. Им принадлежат здесь виноградники, оливковые плантации, апельсиновые сады, необозримые поля зерновых. Им принадлежит и вода. Ирригационные сооружения подают ее на землю колонистов, а не на жалкие поля феллахов.

Десятки и сотни тысяч безземельных крестьян уходят искать заработок на рудники северо-востока страны или на промышленные предприятия прибрежных городов. Тяжелой промышленности, кроме горнодобывающей, в Алжире нет, так как колонизаторы не были заинтересованы в экономическом развитии страны и отводили ей роль сырьевого и сельскохозяйственного придатка Франции.

Многие алжирцы работают докерами в портах, откуда увозятся богатства алжирской земли и ее недр. На широких набережных гг. Алжира, Орана и Бона высятся груды железной руды из Уэнзы и Бени-Сафа, фосфоритов из района г. Тебессы, горы мешков с пшеницей, ящиков с фруктами и овощами, тюков прессованной альфы (травы, идущей на производство высококачественной бумаги) и бесконечные ряды бочек с вином.

Города побережья поражают своими контрастами. На прямых и широких проспектах с садами, парками, фонтанами высятся многоэтажные здания из бетона и стекла. Это роскошные магазины, административные учреждения, банки, конторы. Виллы, построенные в мавританском стиле, тонут в зелени пальм, в облаках белых, голубых, оранжевых и розовых цветов.

А рядом с этим великолепием находятся кварталы алжирской бедноты — Касба, где извилистые узкие грязные улицы-ущелья зажаты между глухими стенами домов. Над улицами нависают многочисленные галереи

и террасы. Пахнет дубленой кожей, бараньим салом и гнилью. Здесь снует пестрая и шумная толпа. Мелькают тюрбаны, фески, платки, женские покрывала. Низкие двери ведут в глубь домов, где в маленьких темных каморках ютятся семьи ремесленников и рабочих. В Касбе живет основная масса алжирского населения городов. В городах сосредоточена седьмая часть коренных жителей страны и подавляющее большинство европейцев.

Хозяйничают в стране далеко не все европейцы. Ее богатства прибрали к рукам лишь несколько десятков тысяч крупных землевладельцев, промышленников, чиновников, банкиров, «королей» текстиля, транспорта. Остальные европейцы — мелкие фермеры, скромные служащие, рабочие.

Среди безработных часто можно увидеть не только смуглых арабов, но и светлокожих французов, испанцев, итальянцев. Этих людей можно встретить и на городских окраинах, в «бидонвиллях» — поселках безработных. В жалких лачугах, сооруженных из старых бидонов из-под бензина, ящиков и прочего хлама, они живут бок о бок с алжирцами.

К югу от Телля пейзаж постепенно меняется. Горы становятся все более суровыми и голыми. А за ними идут выжженные солнцем обширные плато. Исчезает яркая зелень, леса уступают место низкорослым кустарникам и травам. Здесь царство полыни и альфы. Широкие, похожие на осоку, темно-зеленые пучки альфы покрывают необозримые пространства. По дну долин вьются русла высохших водных потоков, так называемые «уэды». Они наполняются водой лишь в период дождей.

Чем дальше на юг, тем сильнее чувствуется близость Алжирской Сахары, занимающей большую часть страны. Каменистые пространства, унылые и безотрадные, так называемые «хаммады», сменяются песками. Золотистые песчаные дюны, отбрасывающие синеватые и темно-фиолетовые тени, уходят в бесконечную даль.

В Сахаре вдоль уэдов и у источников разбросаны редкие оазисы. Здесь под кронами стройных финиковых пальм укрываются огороды и фруктовые сады. Жители оазисов ведут упорную борьбу с пустыней, непрерывно наступающей на эти островки зелени. Среди пальмовых рощ и плантаций видны скопления глинобитных домиков, примыкающих друг к другу. Это ксары — селение. В больших оазисах несколько слившихся ксаров образуют город. Он обычно окружен кольцом древних зубчатых стен и имеет в центре цитадель. Поодаль от этого «старого города», населенного алжирцами, расположен французский военный пост, а близ него — благоустроенные кварталы с гостиницами, кафе и ресторанами.

Пальмовые рощи и леса — основной, а нередко и единственный источник существования земледельцев в оазисе. «Убить пальму, — говорят алжирцы, — это все равно, что убить 70 праведников». Из плодов пальмы — фиников — приготовляется множество блюд. Лучшие сорта совершают длительное путешествие, чтобы появиться в магазинах европейских городов. Из низших сортов путем прессования изготовляют так называемый «финиковый хлеб» — основную пищу кочевников-бедуинов.

Но подлинное богатство Алжирской Сахары не в зеленых оазисах. Раскаленная беспощадными лучами солнца пустыня таит в себе несметные сокровища. В ее недрах богатейшие залежи полезных ископаемых: каменного угля и железной руды, меди и свинца, марганца и цинка, вольфрама и урана. Главное же богатство Сахары — нефть. На большой глубине (местами до 2—З тыс. м) обнаружены нефтеносные пласты, содержащие, по предварительной оценке, примерно миллиард тонн нефти и свыше 1000 млрд. м3 природного газа. «Сахара пропитана нефтью, как губка», — говорят специалисты.

Тотчас после открытия сахарской нефти французские и американские нефтяные монополии поспешили наложить на нее свою руку. К настоящему времени добыты миллионы тонн нефти, построены нефтепроводы, по которым нефть потекла к портам побережья. Ведь месторождения находятся далеко от оазисов, вдали от редких шоссейных и железных дорог.

В пустыне все чаще можно встретить караваны мощных грузовых автомобилей, которые с трудом движутся по грунтовым дорогам, заносимым песками. Путь заметен лишь благодаря вехам—металлическим бочкам из-под бензина, расставленным вдоль тракта; они набиты камнями и окрашены в белый цвет. Машины везут оборудование и другие грузы для затерянных в пустыне нефтепромыслов.

Рев автомобильных моторов пугает верблюдов — постоянных спутников кочевника-бедуина. Как и сотни лет назад, бедуины разбивают на скудных пастбищах полосатые шатры с жалким скарбом. Основной источник их существования — верблюды, овцы и козы. Животные дают не только молоко и мясо, но также кожу и шерсть, из которых жители пустыни выделывают ткани для одежды и шатров, мешки, веревки и другие предметы домашнего обихода. Непрерывно перемещаясь в поисках пастбищ, кочевники ежегодно совершают путь во много сотен километров. Из-за постоянных передвижений они не могут запасать корм и строить укрытия для скота. Это часто приводит к массовому падежу животных от засухи, что влечет за собой разорение алжирцев-кочевников, а порой и голодную смерть.

«Магриб, — говорят арабы, — это птица, тело которой — Алжир, а крылья — Тунис и Марокко». Крылья (Тунис и Марокко) уже освободились, а тело (Алжир) до последнего времени находилось в цепких руках французских колонизаторов. Рабочие городов севера и земледельцы оазисов, феллахи Телля и кочевники Сахары — весь алжирский народ встал на борьбу против колониального гнета. После второй мировой войны, когда народы всех колониальных и зависимых стран пришли в движение, алжирский народ одним из первых в Африке поднял знамя борьбы за независимость.

В ночь на 1 ноября 1954 г. в горах Алжира вспыхнуло вооруженное восстание. Оно стало началом антиимпериалистической национальной революции алжирского народа. В 1955— 1956 гг. восстание охватило почти весь север страны. Повстанцы создали Фронт национального освобождения Алжира — массовую политическую организацию, объединяющую большую часть патриотов страны. Она борется за создание независимой демократической Алжирской Республики.

Повстанцы создали также Временное правительство Алжирской Республики и Армию национального освобождения, или Муджахидин («муджахид» — по-арабски «борец за свободу»). Эта армия состоит преимущественно из молодежи, имеет современное оружие, включая артиллерию. Муджахидин выросла из отдельных партизанских отрядов, вооруженных порой охотничьими ружьями, ножами и дубинами. Достойное место в рядах патриотов, сражавшихся против колонизаторов, занимали алжирские коммунисты.

Колонизаторы бросили против восставших многотысячную регулярную армию, оснащенную артиллерией, танками и авиацией, но не смогли добиться победы. Патриотам Алжира при этом пришлось столкнуться не только с французским империализмом. Ему активно помогали страны — участницы НАТО.

Чтобы запугать алжирцев, заставить их прекратить борьбу, французские войска применяли систему так называемого «коллективного наказания», т. е. разрушали артиллерийским огнем мирные селения, жители которых заподозрены в поддержке повстанцев, расстреливали стариков, женщин и детей, уничтожали скот, выжигали посевы, сады, леса, переселяли жителей в резервации, т. е. в отдаленные и бесплодные районы. За семь лет военных действий было убито более миллиона мирных жителей, а около 2 млн. было брошено в тюрьмы и концлагеря.

Французские колонизаторы вынуждены были признать, что путем войны подавить волю алжирского народа к независимости нельзя.

Многолетняя борьба алжирского народа заставила колонизаторов отступить. В марте 1962 г. в г. Эвиане (Франция) были подписаны франкоалжирские соглашения о самоопределении Алжира в качестве независимого суверенного государства и о прекращений огня. Эти соглашения стали возможными также благодаря широкой международной солидарности с борьбой алжирского народа. Алжирские патриоты всегда чувствовали дружескую поддержку народов Советского Союза, других социалистических государств и всего прогрессивного человечества.

Эвианские соглашения — это важный этап на пути к новой, независимой и свободной жизни алжирского народа. Но на этом пути предстоит преодолеть много трудностей. Еще не сложила оружия французская и международная реакция. Фашисты из ОАС (секретной вооруженной организации «ультра») провоцируют кровопролитные столкновения, ведут разнузданную националистическую кампанию среди европейской части населения Алжира.

Не раз на протяжении 132-летнего колониального господства Франции алжирский народ поднимался на борьбу против угнетателей. Но только теперь алжирцы добились того, что Франция официально признала право их родины на независимость. Героический алжирский народ одержал славную победу и вступил сейчас на большую дорогу, ведущую к полной независимости.